В КХЛ совсем не дают играть молодым. Виноват лимит

И олигархи тоже.

На тренировке молодежной сборной России у Виталия Кравцова спросили, кто лучший в этом составе. «Наверное, Паша Шэн. Почему? Три смены сыграл за сезон», – пошутил нападающий «Трактора» в типичном челябинском стиле. Правда, шутка получилась грустной. У Кравцова и еще пары парней в этой сборной нет проблем с практикой в КХЛ, но у остальных игровое время в клубах – чистое издевательство. 

Возьмем того же Шэна: в «Салавате» у него 15 игр со средним айстаймом в 2 минуты. Сюда не входят еще 10 матчей, где Павла заявляли 13-14 нападающим, но не выпускали на лед даже на секунду. Выходит, за половину сезона КХЛ форвард сыграл суммарно столько, сколько в НХЛ за один матч может получить, например, Дрю Даути. 

И это касается не только Шэна. Многих талантливых парней из этой молодежки томят на скамейках в КХЛ. Вот защитник Даниил Валитов в «Автомобилисте»: 7 игр по 3 минуты, а еще 21 матч отсидел непонятно зачем на скамейке. Артем Николаев в СКА – 13 игр по полторы минуты. Александр Яремчук в «Авангарде» – 16 игр по 3 минуты. Другие же, как, например, Иван Морозов и Кирилл Марченко, которых перетащил в межсезонье СКА, сидят в разветвленной системе без шансов пробиться в основу – но в Питере парни хотя бы могут тренироваться по-королевски, поэтому не жалуются.

Основной виновник нынешней ситуации – лимит, только не на легионеров, а на молодых игроков. Весной 2012-го ФХР душила молодую КХЛ так же плотно, как Хабиб Конора: среди невероятных новшеств, которые тогда выкатила федерация, были реформирование первого раунда и игра до трех побед, возвращение буллитов в плей-офф, лимит времени для иностранных вратарей. Лига еле как отбилась от самых диких идей, но одно новшество ФХР все же продавила: в заявке клубов должны были играть два молодых игрока – до 20 и 21 года. Все объяснялось просто и понятно: «в интересах сборной», «по просьбе штаба сборной». Клубы, скрипя зубами, были вынуждены искусственно поднимать новичков наверх.

Возможно, федерация хотела как лучше, но получилось строго по Черномырдину. Тренеры, которые в КХЛ и так редко доверяют молодым (большинство из них страшно боится ошибок и старается минимизировать риск), кидают молодежи игровое время очень скупо. Лимитчики, которые могли бы получать свои минуты в МХЛ или в ВХЛ, вместо этого просиживают впустую на скамейке – они хотят играть, они не верят в тарасовские постулаты совершенствования спортсмена на тренировке.

Два года назад мы писали о потоке русских хоккеистов в канадских юниорских лигах, который лавинообразно вырос за короткий срок. С того момента он еще увеличился: в сезоне-2015/16 в CHL сыграло 46 наших игроков, в прошлом сезоне – 56. Можно постараться связать эти цифры с экономическими причинами, только вот в конце 90-х и начале 00-х такой ситуации с канадскими лигами не было. Эмиграция продолжается, потому что парни хотят играть и прогрессировать – не во всех клубах, но в большинстве из них система развития работает сильно.

Иногда даже в финской лиге обращаются с нашими кадрами бережнее, чем в России. Вспомните хотя бы Александра Георгиева – русского болгарина объявили бесперспективным в воскресенском «Химике» и списали в утиль. Им заинтересовались в ТПС, и оказалось, что Георгиев – крутой вратарь, который стал бэкапом Лундквиста уже в 22 года. 

Свежий пример – отъезд в Финляндию 21-летнего Александра Щемерова. Защитник успел сыграть за юниорскую сборную, вот только в бедном и гордом «Автомобилисте» ему место было, а в богатом «Авто» – нет. Щемеров начал сезон в ВХЛ, но он уже распробовал, что значит играть на высшем уровне, и явно не хотел там мариноваться. Александр уехал в финский «Пеликанс». Символично, что в аутсайдере ВХЛ и хорошем середняке Liiga защитник играет примерно одинаково – больше 17 минут. Это не значит, что финская лига настолько деградировала, это демонстрирует их уровень доверия к молодежи.

Состав Финляндии на ближайшем МЧМ вообще показателен. Почти вся сборная с опытом игры в главной местной лиге – речь не только о перспективных парнях типа Купари. Возьмем случайное имя – например, защитник Вилле Хейнола. Это не топ-проспект, его никто не видит в первом раунде драфта – но парень в 17 лет уже играет по 18 минут за «Лукко», который идет на шестом месте в лиге.

Можно говорить, что КХЛ – лучшая лига Европы, в отличие от финнов и шведов, которые каждый год теряют игроков пачками, но у нас могла быть менее перекошенная молодежная система. Виноват не только лимит – убрали драфт юниоров, который был кривым и непрезентабельным, но иногда позволял маленьким клубам получить крутых игроков – они не раскрылись бы в своих школах. Олигархи стягивают в свои разветвленные системы не только взрослых игроков, но и мальчишек, которые как раз бы могли подняться в своих небогатых командах и взять минуты тех, кого забрали в топ-клубы.

Пока же доверие молодым остается на уровне локальных вспышек – это уникальный эксперимент Квартальнова в «Локо». Это «Сибирь», которая делает ставку на молодых во многом из-за отчаяния. Это Челябинск, где талантов так много, что их раскидывают слишком щедро. Раньше еще одной такой вспышкой считалась «Кузня», и в последние сезоны это был их единственный козырь за право остаться в КХЛ.

Система русского хоккея очевидно барахлит: Тарасенко и Кузнецовых мы выпускаем каждый год исправно, но на среднем уровне – провал. У нас нет того количества готовых игроков для 2-3 звена нападения или пары обороны, которых каждый год отправляет в НХЛ Швеция. Происходит это еще и потому, что условный Кравцов свои минуты получает легко, а вот менее талантливому парню надо доказывать гораздо больше, чем 30-летнему шабашнику, которого уже заждались в Румынии.

Возможно, все это поправят после введения той самой «национальной программы подготовки хоккеистов», а пока мы вновь забудем эту тему – Брагин пахотой вытащит для молодежки бронзу, и все снова будут довольны. Правда, игроков для КХЛ и НХЛ в сборных, которые мы победим, может оказаться больше, чем в русской U20.

Фото: VK/hcsalavat; Gettyimages.ru/Minas Panagiotakis; hclokomotiv.ru

Автор