Чему Зинэтула Билялетдинов должен научиться у Курбана Бердыева

БИЗНЕС Online рассказывает, как опыт главного тренера «Рубина» может помочь хоккейному клубу.

В «Ак Барсе» нет системы реабилитации игроков после травм, как не существует и программы по индивидуальной работе с повреждениями, которые перешли у хоккеистов в хроническую форму. При этом в футбольном «Рубине» такая система наоборот достаточно давно отлажена и настроена. В футбольной Казани всё меньше атрибутов топ-клуба, однако в части медицинской работы и физической подготовки игроков главный тренер команды Курбан Бердыев требует держать самый высокий уровень. Бердыев больше десяти лет назад создал вокруг своего тренерского штаба большую группу обеспечения, которая помогает игрокам быстрее и эффективнее восстанавливаться после травм и самое главное – избегать рецидивов. Вообще, нужно отдать должное в целом отечественному футболу, во всех топовых клубах страны большое внимание уделяют медицине и смежным областям. В хоккее же с этим пока значительные проблемы.

Фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

«Ак Барс» в этом году, как известно, с треском провалился в плей-офф. Команда вчистую проиграла уже первый раунд игр на выбывание. «Авангард» буквально деклассировал действующего чемпиона. Одна из причин неудачи – травмы ведущих игроков. Во-первых, вратаря Эмиля Гарипова, который, как оказалось, ещё в победном финале играл на уколах и в новом чемпионате сыграл всего в 22 матчах. Травму спины голкипера выявили слишком поздно, нормально диагностировать её не смогли и всё закончилось операцией за пару дней до начала плей-офф. Сменщики в самых важных матчах сезона подвели и пропустили на двоих 19 шайб в четырёх матчах. Во-вторых, не в лучшей форме был шведский нападающий Антон Ландер, он получил в сезоне две травмы и также в Кубке Гагарина не сильно помог команде. Про форварда Фёдора Малыхина с одной из самых больших зарплат в клубе и его перманентным нахождением в списке травмированных говорить даже не стоит. На него перестали рассчитывать ещё осенью, но будь он здоров, то в плей-офф точно бы не помешал.

Антон Ландер / фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

В прежние годы в «Ак Барсе» все проблемы с травмированными игроками решали одним способом – покупали на их место новых. Пока больные лечились и набирали форму, играли новички. Ситуация не менялась из года в год, чего нельзя сказать про хоккейный рынок. СКА и ЦСКА вчистую вымели в КХЛ почти всех лучших игроков, а новых на смену не появилось. Потому в середине сезона найти усиление с каждым годом стало сложнее и сложнее. В этом году «Ак Барс» и вовсе обошелся без значительных покупок, а в прошлом сезоне главным приобретениями были Данис Зарипов, которому скостили дисквалификацию, и Александр Бурмистров, у которого возникли неотложные семейные дела в России и он вернулся в Казань из Северной Америки. Старый трюк не сработал и случился провал. В новом сезоне станет ещё хуже, КХЛ сжимает удавку жесткого потолка зарплат. В будущем сезоне он будет 800 млн рублей с разрешенным превышением (не более 20%) с которого ещё нужно будет заплатить налог на роскошь в 30% от суммы превышения. Потому на первую роль выходит профессионализм внутри клубов, а не размер бюджета, как было раньше.

В «АК БАРСЕ» ИГРОКИ ТРЕНИРУЮТ САМИ СЕБЯ

Как работает в Казани система возвращения игроков после травм в основной состав.  

 В «Ак Барсе» есть клубные врачи, на официальном сайте указаны два человека, которые следят за спортсменов по шкале «здоров/нездоров». Базово определяют готовность игрока к началу тренировок. Консультации спортсмену также дают в клиниках, где они проходили лечение. К примеру, сейчас Гарипов тренируется в Германии под надзором местных специалистов. Впрочем, нечто подобное происходит и в «Рубине». Никаких физиотерапевтов и реабилитологов в штате трехкратного обладателя Кубка Гагарина нет. Тренерский штаб команды набирает исключительно главный тренер Зинэтула Билялетдинов. У него есть помощник, которые курирует физподготовку – 27-летний специалист Владислав Занковец. Над восстановлением работают три массажиста и с прошлого сезона появился ещё китайский врач (на клубном сайте он не указан), который не знает ни русского, ни английского языков, а переводчика для него почему-то не наняли. Понятно, что к китайцу хоккеисты обращаются очень редко. Игроки и так с трудом понимают практику иглотерапии, а ещё это осложняется проблемами с коммуникацией.

Владислав Занковец (в очках) и китайский доктор команды (справа) / фото: Ирина Ерохина, БИЗНЕС Online

Если команда на выезде, а травмированный игрок ещё не готов ехать в командой, то он отдан сам себе. Никто с ним не работает. Особых программ не составляют, чаще всего хоккеисты крутят велотренажер или проводят легкие занятия на льду. Все опираются на собственный опыт восстановления. Для футбольного топ-клуба немыслимая свобода действий. При этом, в отличие от футбола, в хоккее поездки долгие, не просто поездка на уикенд ради одной игры. Иногда выезды бывают по паре недель. Так, к примеру, защитник Дмитрий Юдин мог бы пропустить не два месяца из-за травмы руки и вернуться в строй гораздо раньше, но его восстановление пришлось на выездную серию команды. Или капитан команды Александр Свитов вернулся бы к занятиям с основной в лучшей форме, если бы с ним кто-то занимался индивидуально с момента, когда ему врачи разрешили физические нагрузки.

Хоккеисту после травмы может повезти и на этапе возвращения в строй, когда «Ак Барс» может играть дома. Тогда уже с ним работает тренер по физподготовке. Во время сезона команда зачастую не проводит полноценных тренировок. Их заменяют матчи, которые могут идти с паузой в один день. В это время восстановившиеся от травм игроки или отправляются в «Барс» для набора формы через игры в ВХЛ. Так было у Свитова (пропустил полгода из-за травмы), Юдина, Андрея Попова (пропустил три месяца), вратаря Александра Шарыченкова (пропустил 1,5 месяца), Романа Манухова (пропустил полгода). Шведа Ландера в ВХЛ отправлять не решились. Именно необходимостью практикой для травмированных игроков основы в клубе объясняют существования малоэффективного фарм-клуба в вышке. Может, лучше нанять несколько спецов, чем содержать целую команду? Тем более, молодежи из «Барса» всё равно особо не доверяют.

КАК ЭТО РАБОТАЕТ В «РУБИНЕ» И ДОЛЖНО БЫТЬ В «АК БАРСЕ»

Теперь о том, как у Бердыева обращаются с футболистами, которые возвращаются к тренировкам после травм. Заметим, что идентичная система работала и во времена прежних тренеров команды – Рината Билялетдинова, Валерия Чалого и Хави Грасии. То есть, в Казани реабилитация уже элемент клубной культуры. При желании, в «Ак Барсе» могли бы без особых проблем изучить опыт «Рубина» и применить его в своём клубе. Было бы желание.

В тренерском штабе Курбана Бекиевича также есть тренер по физической подготовке. Бердыев на эту позицию последнее десятилетие приглашает исключительно испанских специалистов. Считается, что они главные знатоки. Якобы в 80-е годы при организации Олимпиады в Барселоне-1992 в Испанию пригласили ведущих советских спецов и с их помощью создали собственную уникальную школу физподготовки. В чемпионские годы в Казани работал Рауль Рианчо, затем другой испанец Хосе Пастор Верчили, который входил в штаб в «Рубине» и в «Ростове». Хосе вернулся в Казань вместе с тренером в 2017 году, но прошлым летом покинул команду и теперь трудится на родине. 

Тренер по физподготовке «Рубина» Хавьер Сальсес / фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

Сейчас с командой работает Хавьер Нойя Сальсес – тренер по физподготове, работавший в чемпионском «Спартаке». Вокруг него сегодня в «Рубине» выстраивают систему функциональной подготовки и восстановления игроков. В начале года клуб подписал ещё двух испанских специалистов: тренера-реабилитолога Виктора Меделя – специалиста с лицензией Pro, который ранее работал в системе «Барселоны», физиотерапевта Даниэля Ирурре. Также в этот штат входит россиянин Эдуард Кундухов, работающий в команде с 2014 года. Все эти люди, помимо работы над физухой команды, занимаются реабилитацией футболистов после травм и восстановительной работой игроков. Также в их круг обязанностей входит индивидуальная работа с игроками, у которых есть хронические травмы или риски рецидивов. Испанцы по образованию даже больше врачи, чем «физруки». Кундухов в интервью нашей газете подробно рассказывал о том, как построена система по работе с травмированными в казанском клубе.

«Мои функции – это помощник физиотерапевта и звено между врачом и тренером по физподготовке. Мы помогаем игрокам выполнять программы восстановления после травм и повреждений. Наша работа что-то среднее между медициной и физкультурой. – объясняет Кундухов. – Нужно знать анатомию и травматологию, быть отчасти тренером, чтобы помочь футболистам с этими знаниями. Когда игрок получает травму, то выпадает из общего ритма. Из состояния травмы его надо подвести даже чуть в лучшем состоянии, чем у футболистов общей группы, чтобы он спокойно вошел в игру и не получил рецидив».

Эдуард Кундухов / фото: Джалиль Губайдуллин, пресс-служба ФК Рубин

В футболе есть четкое разделение «тренировки в общей группе» и «работа по особой программе». Эти штампы особенно активно используют пресс-службы клубов, когда рассказывают о состоянии игроков. Любой болельщик знает, что возвращение в общую группу означает скорое появление игрока в составе. В хоккее такое разделение более условно. Помимо чисто технической работы, специалисты помогают игрокам ещё и с психологией, часто травмы сопряжены с новыми страхами. Кто-то боится повторять то, что делал раньше, чтобы боль не вернулась или не случился рецидив. Или появляются переживания за место в составе, да и рутина восстановительной работы малоприятная. Эти страхи влияют на качество реабилитации и дальнейшую игру спортсмена, потому физиотерапевт ещё и психолог. Решение о готовности игрока к возвращению в строй в команде Бердыева принимают специально обученные люди, тренер сам вникает во все детали, но последнее слово в части травмированных спортсменов остаётся не за ним.

«У нас есть штаб врачей, который определяет степень повреждения, особенности. Только физиотерапевт может вынести решение по игроку, когда он может вернуться в общую группу. На первом этапе восстановления, как правило, идёт изометрическая работа, в ходе которой нет резких упражнений, большой амплитуды. Если в этой стадии спортсмен уже не чувствует боли, то можно приступать к концентрике – только мышечные сокращения, дозированно. Этих упражнений много, чем больше ты их знаешь, тем лучше. Это как инструменты. Каждую мышцу надо ловить, находить на нее влияние, искать приток и отток», – рассказывает Кундухов.

Важно подчеркнуть, что эти специалисты не ездят на гостевые матчи и всегда остаются рядом с теми, кто восстанавливается после травм. На выезд отправляется только тренер по физподготовке, да и то не всегда. Есть этапы чемпионата, когда важнее остаться дома.

Таким образом, игрока после травмы ведёт целая группа высококвалифицированных специалистов. В «Рубине» тучные годы далеко позади, но эти позиции не сокращают, тем более игроков в команде теперь не так много. Гораздо выгоднее потратиться на физиотерапевта или реабилитолога, чем искать замену травмированному игроку, тем более, когда трансферный рынок в футболе настолько разогрет.

В «Ак Барсе» несмотря на всю солидность организации элементы медицинского обеспечения остаются на уровне того, что были десятилетия назад. В хоккейном клубе сейчас появилась уникальная возможность, провести ревизию деятельности всех ключевых служб и улучшить их работу. Свойственный любому успешному в прошлом коллективу снобизм необходимо отбросить и стараться брать лучшие практики, тем более никуда даже ездить не нужно. Бердыев, который общается на равных с лучшими футбольными тренерами мира, а иногда и обыгрывает их, уже привез множество технологий топ-клубов в Казань. От базы «Ак Барса» до базы «Рубина» всего 30 минут езды.

Авторы: Айрат Шамилов, Владислав Зимагулов / БИЗНЕС Online

Читайте также:

— Бердыев проводит все тренировки с мольбертом. Он объяснил почему

— Парень из Елабуги принёс «Рубину» победу. Бердыев пытается спасти его от звёздной болезни

— Билялетдинов признал только одну ошибку. Мало доверял молодому защитнику

Автор