Слово «темнокожий» хуже мата. За него можно получить 10 матчей дисквалификации

Писать о Павле Погребняка в аналитических статьях о футболе уже нельзя. Он пошел по пути Романа Павлюченко, который заработал в «Урале» немного лишних денег на пенсию. Руководитель клуба Григорий Иванов привлечением в команду звезд вчерашних дней пытается поддерживать интерес публики, в конце концов ему надо заполнять новую арену в Екатеринбурге.

Теперь о Погребняке можно писать в новостях о борьба с расизмом. Он заявил, что «темнокожий Ари» в сборной России вызывает у него смех. Собственно, можно было бы забыть сразу о прочитанном еще лет пять назад, но не теперь. Помните, российское гражданство дали камерунскому игроку «Спартака» Жерри-Кристиану Тчуйсе, но за сборную России он не сыграл? Просто не планировал, смоталася в Камерун, а потом говорил, что играть он хотел, но ему помешали фанаты-расисты. Повторю, правда жизни такова, что ему просто нужен был наш паспорт. Чтобы его получить, он и рвался играть за сборную, а как получил, мотивация прошла.

Но вернемся к Погребняку и его заявлениям. Во-первых, я с ними несогласен. Сейчас футбол глобален и вообще сборные теряют всякий смысл, потому что ничего общего с демонстрацией достижений национальных школ не имеют. Может мочиться против ветра и пытаться следовать олдскульному тренду, но это сильно повредит развитию футбола. Во-вторых, Погребняк имеет право на мнение. Более того, мнение о футбольной глобализации довольно спорное и вопрос о привлечении в сборные натурализованных игроков неоднозначный. Ну а если бы он назвал Ари светлокожим, его можно было бы привлечь за фейк-ньюс.

Но футболиста в расизме уже обвинил глава СПЧ Михаил Федотов. Этот казенный президентский правозащитник на неделе предложил отдавать брошенных стариков в приемные семьи, снижая тем самым социальную нагрузку государства. Видимо, дело не пошло, и он записался в борцы с расизмом. Вместе со всякими бессмысленными дармоедами из РФС, которые слушают на стадионах не ухают ли болельщики и политкорректные ли у них кричалки. Это все, конечно, не бесплатно. Как и весь этот ад по борьбе с расизмом, который щедро оплачивается ФИФА и УЕФА. То есть борцом с расизмом быть финансово выгодно.

Вообще идея искать там, где светло, довольно популярна. Есть Погребняк, сказавший слово «темнокожий», значит, можно без всяких забот провести проверку, дать 10 матчей (меньше нельзя), и отчитаться, что в России типа ведут борьбу с расизмом. Потому что это куда проще, чем побороть дикую совершенно позицию фан-движения «Зенита», в цветах которого «нет черного». Зашли бы все эти бессмысленные комиссары на фанатские ресурсы клуба, когда там обсуждали новичка Вилмара Барриоса. В итоге пришли к выводу, что он не более «темнокожий», чем Витсель, поэтому его можно принять.

Я не говорю, что надо наказывать «Зенит», но борьба с расизмом – воспитательная, а не карательная функция ФИФА и УЕФА. Вместо работы с болельщиками, которые оценивают смуглость кожи футболистов, они периодически заставляют произносить игроков публично какие-то клятвы и держать плакаты «Стоп расизм». При этом отчитываются они историями, когда кто-то произнес слово «темнокожий» и получил дисквалификацию.

В любом случае никакого разгула расизма на стадионах нет. Я хожу на стадион около 30 раз в год и ни разу его не встретил. Например, игрокам «Спартака» Ташаеву и Зобнину болельщики московского «Динамо» кричали куда более обидные вещи, чем Зе Луишу. И вот интересно, что санкции за обзывание женщинами с пониженной социальной ответственностью игроков или их жен, как в случае с Дмитрием Тарасовым в свое время, существенно менее опасное правонарушение, чем ухание с трибуны. Я не оправдываю ухание, это от недалекого ума, но считать это самым опасным в поведении болельщиков могут только либо от каких-то психических расстройств, либо просто за деньги ФИФА на программы по борьбе с расизмом.

У нас же дошло даже до казенного президентского правозащитника Федотова. Только вот мне не совсем понятно, почему он молчал, когда болельщиков «Спартака» раздевали до трусов перед матчем с «Динамо», чтобы проверять наличие запрещенных предметов. Некоторые говорят, что к ним даже в трусы заглядывали. Тут почему-то никаких нарушений прав человека никто не нашел. Но нашли в заявлении о «темнокожем» Ари.

Кстати, что интересно, обиделись функционеры РФС, РПЛ, казенный правозащитник, но я не слышал, чтобы обиделся сам Ари.

Вам не кажется, что это уже оживший Кафка?

Автор