Савин про то, как убивали «Аланию»: Габулов, Гогниев, Газзаев, разрушенная база и миллиарды долга

В очередном выпуске «КраСавы» Евгений Савин съездил во Владикавказ. Поговорил со всеми, кто участвовал в успехах и падении клуба, попытался взять интервью у Валерия Газзаева и вселил надежду в то, что у «Алании» все будет хорошо.

 

Главные действующие лица выпуска

Сергей Такоев, председатель правительства Северной Осетии (2012-2015).

Джордж Рижинашвили, Член Правления, первый заместитель Генерального директора «Русгидро».

Александр Зотов, генеральный директор Общероссийского профсоюза футболистов.

Алексей Тильман, футбольный агент. 

Дмитрий Хомич, вратарь «Алании» (2010-2013).

Владимир Габулов, министр спорта Северной Осетии.

Спартак Гогниев, главный тренер «Алании».

В эпизоде Валерий Газзаев.

***

Часть первая. Расследование Жеки плюс попытка ответить на вопрос: Кто и как убил «Аланию»?

***

Сергей Такоев

«В первую годовщину Беслана президент России принял главу республики с представителями матерей Беслана. И представители бесланских пострадавших все высказали ему. Что генеральная прокуратура не проводит того расследования. Много фактов привели.

Колесникову (заместитель генерального прокурора) Владимиру Ильичу поручили после нагоняя от президента приехать в республику, он не скрывал, открыто говорил: «Если вы жалуетесь на нас, мы сделаем так, что вам будет не до Беслана».

Начал чиновников сажать. Но все это такого резонанса не имело. Ему надо было найти то, что затрагивало бы что-то резонансное в республике. Ну и вот «Алания» стала, футбольный клуб. Они продавили, просто ликвидировали клуб. В этот момент Виталий Леонтьевич Мутко своим решением помог сохранить статус профессионального клуба.

Когда на второй срок в 2010 году Мамсуров был главой республики, он поставил задачу принять программу развития футбола. Вот это было обсуждение. Он встретился с Газзаевым: «Ты начинал это все в Осетии. Благодаря тебе это все развилось. Предлагаю вернуться и опять сделать «Аланию» великой и на этом красиво завершить карьеру».

Газзаев тоже сказал, что решить такую задачу непросто, в том числе нужны большие деньги. Свою программу он предоставил. Это должны быть школы, академия футбола, команды во второй лиге, в первой должна быть главная команда. Нужен современный стадион.

Мамсуров тогда устроил встречу в Сочи. Путин принял их вместе с Газзаевым. Путин дал поручение, поддержал. За счет республики мы заказали проект нового стадиона. Было предложение Путина включить в непрограммную часть федеральной целевой программы.

Потом возник вопрос генерального спонсора, поддержки. Потому что республика из бюджета этого не могла, естественно. И тогда с помощью опять же президента спонсором был назначен «Русгидро», выделивший 40 миллионов долларов на сезон.

У всех болельщиков ровно один вопрос: кто принимал решение о трате 40 миллионов долларов?

Валерий Газзаев, естественно, оперативное руководство клубом осуществлял. Эти решения о затратах утверждались попечительским советом и я знал куда идут деньги.

40 миллионов потратили, еще на 2 миллиарда загнали клуб в долги. Естественно, мы знали, кого берут, какие контракты заключаются. Но у президента клуба был карт-бланш, и в его компетенциях никто не сомневался.

Мы спрашивали, естественно: а где вот этот играл? Он аргументировал: вот в таких-то клубах играл. Мы со всех сторон его посмотрели. Когда аргументирует профессионал и говорит, что чтобы задачи, поставленные перед командой, решить мне нужны вот эти игроки, кто бы стал возражать? Ну нужны и нужны».

Джордж Рижинашвили

«Насколько я помню, по крайней мере, с позиции Правления, не то чтобы ответственно выбрали, а было принято решение о заключении годового спонсорского контракта с командой. Это не была ответственность с точки зрения развития клуба или некой долгосрочной стратегии. Мы заключили тогда спонсорский контракт, который реализовали.

Мы такой некий подход реализовали, сделали и предложили коллегам посмотреть на эту конструкцию. В том числе с точки зрения потенциального стадиона, развития среды болельщиков и так далее.

К огромному сожалению, мы тогда пришли к выводу, что все накопленные проблемы клуба за исторический период времени не позволяли нам реализовать эту долгосрочную стратегию. Поэтому мы не перешли к долгосрочным контрактам и в том числе не стали акционерами клуба.

Дальше дело не пошло. Дальше не было продления сотрудничества. У нас никаких удивлений или неудивлений не было, что клуб попросил денег через неколько месяцев (к тому моменту потрачено 800 миллионов рублей). Мы исполняли полностью контракт, который был заключен на тот момент времени. Насколько я могу вспомнить, там не существовало каких-либо выходящих за рамки договоренностей и обращений. Ну и соответственно удивлений.

Я помню, что представители компании выезжали и один раз смотрели за процессом реконструкции одного из полей. Но это было опять-таки в процессе, а не по итогам завершения, завершение уже было по итогам реализации контракта».

Александр Зотов

«В 2012 году в «Аланию» пришел большой спонсор, «Русгидро». Были выделены огромные деньги и, наверное, неправильное расходование этих денег и привело к этой ситуации. В первый же год были выделены 40 миллионов долларов, а буквально в 2014 году у клуба зафиксировали свыше 2,5 миллиарда рублей долгов. По тому курсу. Это фантастические деньги.

40 миллионов было потрачено и плюс еще долгов осталось 2 миллиарда. В 2012-2013, если посмотреть отчетность, то в одном году раз в пять выросла трансферная активность клуба. Было свыше 20 футболистов приобретено, свыше 20 футболистов расторгли договора. Причем, многие из тех, с кем заключили, тут же уходили, сыграв 3-4 игры.

Выплачивались огромные агентские. Суммарно агентские превышают сумму трансферов и зарплаты тех футболистов, за которые эти агентские были выплачены.

Меру, румынский игрок. На нем в общей сложности агенты заработали 3-4 миллиона долларов.

Большую часть была агентская комиссия. Я точную цифру сейчас не воспроизведу, но большая часть из этих денег – агентская комиссия. А дальше вопрос – что с этой агентской комиссией происходит.

Другой вопрос, что три игры человек сыграл, дальше был объявлен профнепригодным, и с ним расстались. И по такой схеме было 5-6 игроков в «Алании» как минимум.

Был ряд футболистов из Бразилии – Соуза, Кардозо, бразильский белорус Брессан. У всех примерно была похожая история. Они как правило приходили свободными агентами, с ними заключались договора на миллион или меньше миллиона долларов в год заработной платы. Остальное составляли агентские комиссии, это обычно два, три или четыре миллиона евро.

Звонили, писали, многократно говорили об этом в РФС. К сожалению, ничего не происходило. Единственное, что произошло: клуб через год прекратил существование, и ребята, которые играли за него, не получили зарплаты.

Если я правильно помню, что-то порядка 400-500 миллионов рублей долга осталось после банкротства. И это только перед игроками. Но, мне кажется, на самом деле сумма была больше. Это только из того, что мы смогли установить.

Ребята пытались тоже как-то действовать. Когда обратились в Палату или гражданский суд, в клубе в не было никаких активов. Если умудрились разорить футбольную школу, понятно, что у самого клуба тоже ничего нет. Таких история немало, когда клуб закрывается, активов нет – игроки остаются просто ни с чем.

В «Аланию» брали футболистов за огромные деньги, а в их контрактах не были прописаны штрафы и санкции. Их потом через пару месяцев выгоняли за плохую дисциплину. Чаще прогул ставили. Говорили, что его не было один день или два.

В футболе это часто встречается. Я имею в виду не увольнение за один день прогула, а отсутствие футболиста. Характер работы такой. Футболист часто предупреждает, что задерживается, тем более, если иностранец. В этом ничего нет плохого.

В итоге «Алания» все эти дела проигрывала. Была выстроенная работа на убийство клуба. Ничем другим вся эта деятельность закончиться не могла.

Часто спонсоры вообще не разбираются в механизмах футбола. И разобраться в трансферах, сколько нужно агентам заплатить, сколько футболисту – для них это неведомые цифры. Понятно, что обдурить таких людей желающим не сложно».

Алексей Тильман

«Мой друг, бывший игрок «Алании», легенда «Алании», попросил, чтобы я устроил переход Плиева. Он разговаривал с отцом Плиева, и отец попросил его помочь вернуть Заура сюда.

Я поговорил с Зауром, он был на контракте в «Астане». Он попросил тоже, сказал, что у него есть интерес вернуться. Потому что многие ребята, с кем он начинал играть в футбол, там. Дружный коллектив и так далее.

Мне буквально через 5 минут позвонил Георгич (Газзаев – прим.). Так и так, к Плиеву есть интерес, какие детали? Я особо деталей не знал, кроме его зарплаты, потому что не занимался его трансфером в Казахстан. Он переговорил с парнем, парень дал ему добро. Газзаев понимает, что игрок согласен, надо только решить вопрос с клубом. Я так понял, нашли компромисс, потому что Заур мне позвонил через 2-3 дня. Говорит, все, я вылетаю.

Заурбек Плиев перешел из «Астаны» в «Аланию» за 50 тысяч евро. Был разговор, когда он мне говорил, что за 200-250 тысяч его отпустят. Он так думал. Это была его мысль. Я в итоге ничего не заработал. Вообще. Это пусть останется на совести этой семьи.

Была простая договоренность. Когда он летел из Астаны во Владикавказ через Домодедово, я был в Москве, мы подписывали футболиста в «Локомотив». Мы подъехали к Домодедово вечером, встретили его, он подписал мне бумагу. Не агентское соглашение, а что-то типа авторизации. Было указано 10% от его зарплаты.

В «Алании» ему повторили зарплату, которая была у него в «Астане». 15 тысяч долларов. Потому что в той ситуации, которая была, не думаю, что он мог диктовать какие-то условия. Он сам просился.

Естественно, Георгич ему сказал: будешь прогрессировать – буду поднимать. Что дальше, насколько я знаю, не произошло». 

Дмитрий Хомич

«При «Русгидро» все было вовремя, все идеально. Мы ни в чем не нуждались, день в день все платилось. Премиальные, зарплата. Хотели, чтобы команда вышла в Лигу Европы, была на ведущих ролях, как в 90-х.

Но что-то не получилось. Почему? Может, где-то мы плохо играли, сами футболисты. Играл в «Алании» три года. За два мне заплатили, третий играл бесплатно. 

Мне не платили восемь месяцев. А потом Валерий Георгиевич попросил меня урезать наполовину, когда команда вылетела. Сказал: «Вот тебе моя рука, если команду выведете в премьер-лигу – я тебе все заново делаю». И в итоге он не сделал этого. Зарплату мне увеличил, но не так, как обещал. 35 тысяч осталась зарплата.

Если считать восемь месяцев, мне должны где-то 12-13 миллионов рублей. Но тогда курс был 30. Я лично звонил и говорил: «Валерий Георгиевич, когда наши деньги вы отдадите?». Он мне сказал: «Дим, у меня нет денег, а своих я тебе не могу дать». Все просто было. Я говорю: «Ну, хорошо».

Валерий Газзаев

Отказался отвечать на вопросы и попросил выключить камеру. Жека расстроился, что ради похода в Думу пришлось надевать пиджак.

***

Часть вторая. Как сейчас живет клуб?

***

База в ужасном состоянии. На подъезде встречают собаки.

В этом месте находилось одно из лучших тренировочных полей того времени. На нем еще несколько лет назад занималась первая команда.

Сейчас это просто поляна.

Внутри черновая отделка, винтовая лестница и хрустальная люстра.

После назначения на пост министра спорта, Владимир Габулов меняет ситуацию. Команда практически обеспечила финансирование из частных источников, купила новый автобус. Вкладываются в развитие детского футбола.

На вопрос где проще: Играть на полном стадионе против Англии или в костюме, Габулов отвечает прямо: «На стадионе».

«Алания» ставит задачу выхода в ФНЛ уже в следующем году. На команду ходят в среднем 1700 человек, а иногда и по 3000 тысячи. Секрет прост – игроки стараются и показывают комбинационный футбол. 

Главным тренером стал Спартак Гогниев, выступавший за ЦСКА и Владикавказ. Гогниев признает, что после банкротства команды отношение к Газзаеву сильно изменилось.

Спартак Гогниев: «С Георгичем (Валерием Газзаевым) нет общения такого, чтобы просто поговорить, о чем-то посоветоваться. У нас была великолепнейшая база тогда. Она вообще была одной из лучших в стране. А сейчас там просто разруха.

– Изменилось. Изменилось мое отношение к нему. Сейчас бывает все… Это его надо спросить и почаще спрашивать, почему изменилось. За клуб там спросить. Я могу ответить за свои слова и поступки, но, наверное, у Георгича надо спросить, почему так все получилось».

***

На дерби с «Назранью». Немного колоритных болельщиков и танцы прямо на стадионе.

Заряженные тапки.

День рождения с танцами.

Просмотр опасных моментов сразу после матча.

И останки былого величия.

Автор