Сарри наигрывал Азара и Мертенса в атаке. Но его эталон – Игуаин

Вадим Лукомский – об идеальном форварде Сарри.

Мертенса у Сарри называли ложной девяткой, а зря. Он был классическим нападающим

Дрис Мертенс и Эден Азар, которые играли нападающих у Сарри в последние годы, вообще не похожи на Игуаина. Почему же тренер вернулся к аргентинцу? Сарри эволюционировал, а сейчас вернется к упрощенному футболу? Или стиль нападающего вообще не важен для его системы? Ни то ни другое. Представления Сарри об идеальном нападающем не изменились после работы с Игуаином. Просто роль Мертенса неправильно определяли в медиа. Его называли ложной девяткой – и это по цепочке родило ряд мифов о тактической эволюции Сарри.

Низкий рост и прошлое Дриса в качестве вингера не те достоинства, которые Сарри учитывал при переводе игрока в атаку. Мертенс оказался на позиции вопреки этому – потому что лучше остальных делал работу, за которую раньше отвечал Игуаин. Сарри никогда не называл Мертенса ложной девяткой, а сам Мертенс даже поправлял журналистов.

«Понимаю, что люди подразумевают, называя меня ложной девяткой. Я не большой парень, который цепляется за мяч. Я не тот, кто ассоциируется у них с позицией нападающего. Но футбол меняется, стиль игры меняется. Думаю, мы можем убрать слово «ложная» – я просто девятка», – объяснял Дрис.

Сейчас любого экс-вингера/полузащитника на позиции нападающего называют «ложной девяткой», но это неверно. Ложная девятка предполагает конкретную манеру движения: такой игрок постоянно опускается в опорную зону для создания преимущества и выманивания центральных защитников соперника из линии, это движение поддерживается открываниями партнеров. Только при выполнении всех условий игрок – ложная девятка. 

Мертенс и Игуаин очень похоже играли у Сарри. Гонсало больше бил, потому что лучше двигается в штрафной

Сравнение вовлеченности в игру Игуаина и Мертенса показывает, что Мертенс верно интерпретирует свою роль, а обзывавшие его ложной девяткой журналисты ошибаются.


Все показатели, которые косвенно отражают требования к движению и функциям нападающего, у Мертенса и и Игуаина пугающе похожи. Это показатели нападающего, который хорошо подыгрывает партнерам во владеющей мячом команде, а не ложной девятки, которая чаще бы получала мяч и имела бы больше свободы для обострений. Именно такая вовлеченность оптимальна для Сарри.

Ощутимая разница между Мертенсом и Игуаином только в ударах. Игуаин бил намного чаще, а Мертенс маскировал меньшее количество ударов реализацией более трудных шансов. Причина расхождения: Гонсало просто-напросто лучше двигается в штрафной (3,7 ударов из штрафной против 2,2 у Мертенса).

Сарри мирился с этим недостатком Дриса, потому что он был прекрасен во всем остальном. «Честно говоря, мне повезло открыть в Мертенсе нападающего. Нам пришлось искать варианты из-за травмы Милика. Очень жаль, что Мертенс в роли нападающего раскрылся лишь в 28 лет, потому что он мог стать одним из лучших в этой роли на долгие годы», – объяснял Маурицио.

Сам Мертенс тоже понимал, что с большим опытом и прогрессом внутри штрафной мог быть еще круче: «Игуаин, как и Майкл Оуэн, рожден с инстинктами нападающего. Он просыпается утром и думает о голах. Он движется внутри штрафной как девятка, даже у него на спине девятка». Движению внутри штрафной тяжело научиться по ходу карьеры, именно в этом компоненте Мертенс уступал Игуаину, хотя в остальном их роли в «Наполи» были очень похожими.

«Гонсало слишком рано покинул «Наполи». Если бы он остался еще хотя бы на сезон, у нас были бы отличные шансы на титул. Игуаин был частью фантастического механизма, который мы построили. Мы так здорово понимали друг друга. У нас была идеальная совместимость. Мне его не хватает, потому что он из тех, кто будет забивать до самой смерти. Он машина для голов, стабильный и гарантированный джекпот», – рассказывал Сарри.

Игуаин и Мертенс – не ложные девятки. И поэтому подходили Сарри 

Частично разобрались: Игуаин и Мертенс отличаются уровнем игры внутри штрафной, но в плане работы на команду очень похожи. Чем на практике их движение отличается от движения ложных девяток и почему у Сарри именно такие требования?

Во-первых, они опускаются в опорную соперника не сразу, а только если этого требует ситуация. Во-вторых, вместо того, чтобы разворачиваться, возиться с мячом и делать разрезающие пасы (как чаще всего поступают ложные девятки), они сразу же возвращают мяч в полузащиту и делают обратный рывок в штрафную.

Цель такого движения – отвлечь внимание, но не потерять остроту в штрафной. Цель использования ложной девятки – постоянный перевес в опорной, максимизировать креативность звездного игрока.

Нападающий Сарри редко возится с мячом в опорной – создал перевес на пару секунд, отвлек внимание, может возвращаться в штрафную. На практике это выглядит примерно так. Последите за движением Игуаина – он несколько раз за атаку подыгрывает именно таким образом:

Иногда нападающий Сарри отвлекает внимание присутствием в опорной, даже не касаясь мяча, но потом обязательно возвращается в штрафную. Снова следим за Гонсало:

Аргентинец никогда не передерживал мяч и блестяще чувствовал момент для возвращения в штрафную.

Сарри никогда не отказывался от этих требований к нападающему. Изначально после ухода Игуаина он пробовал Аркадиуша Милика, который не тянул в техническом плане и серьезно травмировался. Когда сам Игуаин был на пике, Сарри в качестве комплимента ему говорил, что «не поменяет его даже на Левандовского». Именно такие у Сарри ориентиры.

В «Челси» они не изменились: помощник Маурицио Джанфранко Дзола объяснял, что в техническом плане Альваро Мората – идеальная девятка для системы Сарри (проблемы были лишь в тактическом и психологическом плане).

Азар играет нападающего не так, как нужно Сарри. Поэтому берут Игуаина

После перевода в центр Азару не хватило описанных выше качеств. Эден играл как ложная девятка, а не как нападающий Сарри – стягивался в опорную постоянно и не чувствовал момент для возвращения в штрафную. «Эден действует на интуиции, – говорит Сарри. – Ему трудно держаться конкретной позиции. Он любит стягиваться к мячу. Он хочет всегда получать мяч. Поэтому ему трудно играть нападающего».

В матчах на позиции форварда Азар делает 41,4 передач в среднем на 90 минут – значительно больше, чем Мертенс/Игуаин. Его использование в атаке делает структуру Сарри слабее: команда недосчитывается игрока в штрафной в ключевые моменты.

Азар действительно не подходит. Изначальным мотивом для эксперимента с переводом его на позицию форварда были даже не проблемы Мораты/Жиру или качества Эдена, а его проблемы в обороне. «С Эденом в атаке мы лучше сбалансированы в оборонительной фазе, – объяснял Маурицио неделю назад. – В последних 6 матчах мы пропустили только три гола, один из которых с пенальти. Сейчас нам нужно прибавить в штрафной площади. Эден не из тех, кто там остается».

***

Эксперимент с Азаром в нападении провалился, но решает ли переход Игуаина все проблемы «Челси»? Нет. Во-первых, ему только предстоит набрать физическую форму, которая была при Сарри в «Наполи». Во-вторых, в прошлом тексте объяснил, почему покупка вингера сейчас важнее для «Челси» – Сарри тоже признавал это.

Почему тогда берут именно Гонсало? В этом случае «Челси» гнался не за игроком на позицию нападающего, а за конкретным эксклюзивным по таланту и идеальным для Сарри нападающим. Этот переход здорово поможет, но не меняет изначальных приоритетов на рынке. Вполне возможно, что «Челси» до закрытия окна купит кого-то еще.

Блог «Англия, Англия» в соцсетях: Twitter / VK / Telegram

Фото: Gettyimages.ru/Francesco Pecoraro; globallookpress.com/Matteo Gribaudi/Image; Gettyimages.ru/Francesco Pecoraro, Maurizio Lagana, Clive Rose; использовано фото: globallookpress.com/imago/Insidefoto, Franco Romano/imago/Uk Sports Pics Ltd

Опрос

Игуаин заиграет в «Челси»?

16169 голосов 27

    Да 72% Нет 28%

Автор