Парня из D.C. United вызвали в юношескую сборную России. Он учится с дочкой Обамы и ездил на стажировку в Англию

Говорит почти без акцента.

Мы много раз писали про суперталантливого Сергея Пиняева – 14-летнего нападающего «Чертаново», которым интересуется «МЮ». Прямо сейчас Пиняев находится на сборе юношеской сборной (U-16, тренер – Станислав Коротаев) в Черногории. Рядом с ним тренируется другой русский игрок, которым интересуются в Европе, но мы про него не писали. Исправляемся.

15-летний центральный полузащитник Филипп Богданов живет в Америке с рождения и играет в академии клуба МЛС. Он уже ездил в лагерь для лучших игроков своего возраста в США, а в сборную России попал впервые. Филипп хочет выступать именно за нее, хоть и вырос на другой стороне Атлантики.

Александр Головин поговорил с Филиппом и его отцом Юрием и записал историю семьи, которая с 90-х живет в США, но не теряет связи с родиной. А еще узнал кучу удивительного про футбол в Америке – встречи с психологом, раздачу еды для бедных и мексиканцев с гондурасцами, которые вытесняют из состава местных.  

***

До разговора мы списываемся с Филиппом в вотсапе – он отвечает без ошибок и на кириллице. Звоню – в телефоне голос без акцента. Даже успеваю удивиться – неожиданно для парня, который всю жизнь прожил в Америке, но потом замечаю, что ему не дается один звук – русский [р], получается немного картаво. При этом речь Филиппа насыщенная и свободная. Он не калькирует выражения, как Шарапова («я сделала много усилий сегодня»), а если не знает слово, то просит подсказать, как оно звучит по-русски, и тут же повторяет. Но даже так нет ощущения, что общаешься с иностранцем.

Оба родителя Филиппа из Петербурга. В США они переехали еще в 90-х. Отцу Юрию тогда был 21 год – его отец, дед Филиппа, работал физиком на государственном предприятии – Ленинградском оптическом институте. В перестройку оно развалилось – и семья задумалась об эмиграции. Выбор на Штаты пал, когда выиграли грин-карту. Переехав в 1995-м, осели в Балтиморе – недалеко от Вашингтона. Там дед Филиппа нашел работу – тоже физиком.

До Америки родители футболиста не знали друг друга, хотя в России жили на соседних улицах. Познакомились в 1998-м уже в новом месте. Мама переезжала студенткой, чтобы учить музыку и работать дирижером в оркестре, но музыкальная карьера закончилась лет 15 назад. Сейчас она health-coach – учит людей правильному образу жизни и питанию. Юрий – бизнесмен, производит программное обеспечение для банков. А по вечерам выходит на поле, тренируя детскую команду.

«Футбол – моя страсть. В Ленинграде в свое время я играл в команде «Красный треугольник» (выступала в чемпионате города – Sports.ru), потом получил травму и закончил, но стал помогать тренерам. Когда приехал в Америку, получил лицензию и тоже стал работать с детьми, хотя этот спорт еще не был так развит. И вот до сих пор тренирую разные возраста», – рассказывает Юрий. Он и стал первым тренером сына – тому тогда только исполнилось три года.

Младший Богданов это помнит: «Папа в то время тренировал команду в Арлингтоне. Я ездил с ним, смотрел, пинал мяч. В итоге стал заниматься в его команде – он многому научил. И даже дома тренировал. В 11 лет я пошел к другому тренеру. В 12 попал в академию Bethesda [Бэсэзда] – там все стало серьезнее: тренировки пять-шесть раз в неделю. Это вторая академия Вашингтона, хотя она и не связана с МЛС. Через два года перешел в D.C. United – ее школа, наоборот, находится под профессиональным клубом из МЛС. Сейчас у меня уже второй сезон здесь».

Юрий Богданов

***

Филипп хоть и не жил в России долго, в сумме был в стране уже раз шесть – последнее время ездит дважды в год. Летом он смотрел со стадиона полуфинал и финал чемпионата мира, а второй раз вернулся в августе – играл в международном турнире за «Зенит». Все получилось благодаря видео: Богдановы отправили его в клуб, «Зениту» понравилось, и Филиппа пригласили на турнир.

В Питере футболист сыграл против  «Ювентуса» и ХИК. «Я выходил в составе 2003 года. В США играю за U-17 – это сдвоенный 2002-2003 год (Филипп родился в 2003-м – Sports.ru). Показалось, что уровень в Америке тот же самый. Даже есть сильнее команды», – делится впечатлениями младший Богданов. Он замечает, что в России стиль игры отличается от американского: ««Зенит» и другие русские много защищаются. В этом плане Россия мощнее. В Америке, наоборот, лучше и техничнее нападение».

Филипп понравился «Зениту»: после турнира клуб позвал его на повторную стажировку. По поводу полноценного переезда Богдановы сразу предупредили: уезжать из Америки они не собираются, поэтому едут только стажироваться. «Вся жизнь и образование сына – в США, – объясняет Юрий. – Да и возможностей получить контракт в Европе – а это главная цель – не меньше, а может, даже больше именно из США. Могу привести примеры Пулишича из «Боруссии Дортмунд», Йедлина из «Ньюкасла», Маккенни из «Шальке» и многих других  – сегодня более 100 молодых американцев выступают в Европе, это очень популярный путь». Сам Филипп соглашается и говорит, что не хочет спешить: ему комфортно в D.C., там он развивается как игрок.

Кроме «Зенита», он ездил тренироваться в «Фулхэм». «Это произошло два года назад. Bethesda сотрудничает с англичанами, отправляя лучших игроков на стажировку на остров. В Bethesda я был лучшим, поэтому меня взяли на неделю в Британию, и я почувствовал уровень. Приехал, тренировался, сыграл матч против «Ливерпуля». Обыграли их 5:1 – у «Фулхэма» сильная академия, они тогда шли первые-вторые в лиге, побеждали топов. Но если поставить лучших наших против их лучших – сыграем на равных», – считает Богданов.

Стажировка в Англии случилась два года назад – сейчас у Филиппа есть возможность приехать туда снова. Еще его зовут на стажировку в «Сельту»: «Это произошло после турнира в Испании. Они обыграли мой D.C. в полуфинале, но я сильно выглядел. С тех пор держим связь. Могу приехать к ним на неделю, возможно, сделаю это весной». Летом появится возможность потренироваться и с «Интером» – D.C. отправляет в Милан лучших игроков академии.

Устроиться на профессиональный контракт до 18 лет у Филиппа не получится ни в один из клубов – нет европейского паспорта.

***

Детско-юношеский футбол в США – это пирамида из четырех уровней. Низший – дворовые команды с любительскими тренерами. Дальше идут детские клубы, где работают коучи уже с лицензиями. «В клуб можно прийти с пяти-шести лет, только в Вашингтоне их около 60. По стране – вообще тысячи. Игроки клуба могут совмещать футбол с другим спортом и играть за [общеобразовательную] школу», – объясняет Филипп, который выступал за подобный клуб до 12 лет.

После этого он перешел на третий уровень – в академию, но не при клубе МЛС (профессиональная команда – это уже высшая, четвертая ступень). «В целом академия – это несколько тысяч детей. Возраста – от 6 до 18 лет. В каждом возрасте 3-5 команд в зависимости от силы. Много полей, – подключается Юрий Богданов, который перед интервью скинул целый профайл на футбол в Америке. – В США два уровня академий. Академии профессиональных клубов: D.C., Galaxy, New York. И академии, которые не принадлежат клубам: Baltimor, Celtic, Richmond. Тех, что от МЛС, – надо считать по числу франшиз, то есть сейчас уже 24. Всего академий штук 100 – по одной-три на штат. В них собирают лучших детей из клубов в округе, при этом академии обоих уровней играют в одной лиге и в одних и тех же турнирах».

Юрий работает с детьми на третьем уровнем пирамиды, где тренирует младшего сына Глеба. Филипп играет уже на четвертом. В отличие от третьего, он начинается с 12 лет, но для него начался в 14. «Уже в 12 лет конкуренция серьезная, команды сильные. У меня хорошие ноги, но три года назад я был не особо высокого роста и не такой быстрый. Понимал, что есть таланты лучше меня, поэтому решил развиваться в обычной академии, а не МЛС. Плюс было сложно ехать – родители не могли возить, а одному на метро в том возрасте не очень хорошо», – поясняет Филипп.

Он не жалеет, что попал в D.C. United только в 14 лет, а не два года раньше: «МЛС-академия покруче уровнем, конечно. В ней есть самый большой шанс на подписание контракта с командой МЛС или трансфера в Европу. Но здесь все работает так: если ты играешь в D.C. в 12 лет, то нет никакой гарантии, что останешься там в 16. Каждый год треть состава меняется: новых приводят, других убирают. У нас же много игроков из разных стран. В команде есть мексиканцы, вратарь, который играл за сборную Боснии, другой – из Гондураса. И все эти таланты собираются в одном месте».

Богданов попал в академию по приглашению – скауты D.C. увидели его, когда он бегал за Bethesda (вторая академия Вашингтона) против их команды. «Два раза за сезон хорошо выступил против них, понравился, со мной связались, – раскрывает детали Филипп. – Несколько раз с ними потренировался и подписал контракт. Без денег, конечно. До 18 лет не разрешают их получать. Контакт – это чтобы не играл за обычную школу. В академии боятся, что получу травму. Еще я могу носить в игре только вещи adidas – они партнеры D.C.».

***

Семья Богдановых живет в пригороде Вашингтона Вьенне (20 километров до столицы). Филипп называет ее маленькой деревней. Вьена – уже не округ Колумбия, а штат Вирджиния. Футболист ездит в Вашингтон каждый день: «Встаю в 6:30 утра, отправляюсь в школу. Оттуда на метро на тренировку, потом снова на метро – домой. Поездка до дома занимает час, но со следующего года я смогу водить машину и буду сам добираться». Тогда же он планирует начать тренировать с основой: «Наверное, раз-два в месяц будут привлекать, чтобы прогрессировал. Обычно разрешают с 15-16 лет».

Основа и все команды академии тренируются на старом стадионе клуба – арене Роберта Кеннеди. «Обычно я прихожу раньше, чтобы дополнительно потренироваться и поделать стретчинг, – делится младший Богданов. – И часто вижу профессиональных игроков. У нас хорошие отношения с ними, общаемся. Тренеры очень хотят этого – чтобы мы с ними разговаривали, учились. Кстати, несколько раз я даже пересекался с Руни».

– О чем говорили?

– Иногда я спрашиваю его советы. Он помогает, очень отзывчивый. Сейчас у них перерыв, поэтому последний раз виделись еще в декабре. Тогда я уезжал на турнир adidas. Встретил его, спросил, как прошла тренировка. Он ответил, что хорошо, и пожелал удачи на турнире. Не скажу, что он советует что-то особенное, но я вижу, что он делает, и стараюсь брать пример. Например, обычно Руни самым последним уходит с тренировки и из зала. Старается выжать максимум из каждого дня. Я тоже стал так поступать. Прихожу раньше, ухожу позже. Пока совсем не устану, не уйду.

Богданов замечает, что академия не ограничивается только тренерами-американцами: «К нам приезжают коучи со всего мира. Сейчас работает испанец. А периодически вообще появляются из разных команд. В прошлом году из «Реала» и «Вильярреала». Они проводят тренировки в течение одной-двух недель, а потом уезжают. При этом учат конкретно своим нюансам. Тот же тренер из «Вильярреала» учил позиционной игре. Матчи были очень интересные, не такие как обычно. Наш американский тренер это видел, поэтому мы теперь повторяем подобное во время тренировок. И так происходит не только в D.C., а во многих академиях. Из-за этого в США существует много тактик, формаций, стилей. Это заметно, когда мы играем с другими командами: кто-то выходит позиционно, кто-то в прессинг. Бывает, что мы играем с соперником – нравится его тактика. После этого сами начинаем учить ее».

Система развития тренеров и испанские технологии внедряются по всей стране. Юрий рассказывает, что US Soccer подписал несколько контрактов с испанской федерацией, с лекциями приезжал даже Фернандо Йерро.

Юрий Богданов со своей командой

Все тренеры академий должны иметь как минимум лицензию А – следующая ступень уже Pro. Сам Юрий владеет категорией В: «Как я ее получил. Приглашают на 10 дней, преподают лекции. Потом едешь обратно в клуб. Там работаешь по определенной методике, которой тебя научили, и записываешь свои тренировки на видео. Присылаешь видео преподавателям. Они приглашают обратно. Ты приходишь на экзамен, сдаешь теорию. Потом анализируете видео, рассказываешь, как строишь тренировки, в чем идея. Дальше тебе дают провести тренировку по билету. Например, вытягиваешь «оборону в середине поля». Дают команду, тренируешь ее».

Филипп не стесняется, что американцы копируют футбольные разработки со всего мира: «Так и есть – берем лучшее из Европы, Латинской Америки. Когда я ездил в «Зенит», мы разминались резинками, которые надевали на ноги. В D.C. теперь тоже стали так делать, но не из-за меня, так просто совпало».

При этом он говорит и о вещах, которых в России еще не видели:

• «В понедельник к нам на тренировку приходит специалист по йоге. Правда, я не очень гибкий, мне это сложно дается, но с такими тренер работает дополнительно».

• «В команде проходят благотворительные акции. Мы приезжаем в не очень хороший район Вашингтона, где живут бедные люди. И помогаем им: убираем мусор, готовим еду, раздаем ее, кому нужно. Делаем так несколько раз год всем составом».

• «Каждый месяц встречаемся с психологом на два часа. Обсуждаем, что хорошо в команде, что – нет. Если ребята ссорились, тоже это обсуждаем. Психолог дает нам стратегии, которые мы используем. Придумываем идеи, которые помогают выиграть матчи. Например, несколько месяцев назад такая проблема: начинали тренировки не очень сфокусированными. Сказали об этом психологу. Она помогла с разными идеями. Сейчас перед каждым занятием мы собираемся командой и просто бегаем вокруг поля. За эти круги приходим в рабочее состояние».

Про умные жилеты слышали наверняка все, но их использование на уровне детей – для России тоже космос. «Надеваем их на каждую тренировку. Микрочипы собирают всю информацию: сколько пробежали, какие рывки делали». Данные приходят тренеру. Если он видит, что все очень устали, то может сделать следующую тренировку не такой интенсивной, чтобы мы отдохнули. Если коуч считает, что кто-то не очень быстро спринтует, может сказать фитнес-тренеру, чтобы тот составил специальный план для игрока и помог», – рассказывает Филипп и поясняет, что каждую неделю команда занимается еще и видеоразбором. Юрий добавляет, что российскую аналитическую программу Instat (считает десятки разных ТТД, позицию на поле, записывает видео отдельных эпизодов и собирают кучу статистики) американцы используют уже на юношеском уровне.  

***

Старший Богданов говорит, что ему тяжело сравнивать детско-юношеский футбол в Штатах и России, где он не живет 25 лет, но выделяет главные моменты в воспитании американских игроков:

• «На результат смотрят в меньшей степени. В основном – на индивидуальное развитие. Очень много техники. Здесь такая культура, что полно игроков из Мексики, Латинской Америки».

• «Много задач дают на мышление, когда надо решить проблему. Например, каждое упражнение – это не просто навесил и забил, а та же игра шесть на четыре. Шестеро играют в два касания, а четверо обязательно должны обвести одного перед тем, как забить. То есть задача шестерых – растянуть оборону. Четырех – идти в обводку. Получается, тренеры пытаются создавать условия, как в игре, которые развивают определенные качества».

• «Тренировки по позициям. Если тренируешься, как центральный полузащитник, – это случай Филиппа, то много отрабатываешь диагональные передачи, ищешь впереди игрока».

• «Читал, что у Галицкого в академии дети занимаются бальными танцами и шахматами, но здесь тоже такое есть – считается, что это помогает мышлению на поле. Правда, сначала дополнительными секциями занимаются родители. Тренеры даже просят, чтобы детей отдавали в разные виды спорта – развивать ум, координацию, хотят, чтобы они становились сильнее. Филипп ходил на плавание, немного играл в хоккей. Пока тебе не исполнилось 11-12 лет, это поощряется. Часто приводят пример Тима Ховарда. Он сначала играл в бейсбол. Лэндон Донован до 13 лет был успешным гимнастом, а Бред Фридель успешно занимался еще и баскетболом и теннисом»».

• «После 11-12 лет начинается жесткий отбор. В D.C. каждую неделю привозят по два-три человека: из Гондураса, Мексики. Отсеивают не каждую неделю, но каждый сезон. Одного в октябре привезли, он месяц потренировался, оказался лучше кого-то и в январе занял место. Филипп играет за U-17, с 12 лет в этой команде осталось три человека. Система еще и такая, что в команде 25 человек, но на матчи подают всего 16-18. Каждый знает: если ты не стараешься, поедет другой, а не ты. Остальным дают понять, что надо лучше работать».

• «Американцы стараются, чтобы происходило общее развитие человека. Ведут много разговоров про характер. Хотят, чтобы ты стал личностью с твердым характером, стержнем. Вообще, слова про характер заложены в их менталитете. Филипп сейчас ездил в Гарвард. Там есть такая вещь как ID Clinic – твой талант идентифицируют на уровне университетов. И даже там сказали, что одна из главных вещей – стержень, воля к победе. Если не получается, ты ни в коем случае не должен расстраиваться, потому что жизнь – марафон, а не спринт. Все 10-12 лет учебы в школе надо становиться лучше, только тогда есть шансы на успех».

По словам Юрия Богданова, на детском и юношеском уровне европейский футбол – спорт номер один в Америке по количеству занимающихся. Причем с каждым годом количество занимающихся все увеличивается. Он утверждает, что в сейчас Америка пытается развить систему скаутинга: «Считается, что если она заработает, то они станут лучшими в мире. Уже сейчас почти на каждый матч лиги обязательно приходит один скаут национальной команды. Может, просматривают не все, но 70-80% юношеских команд – точно. У сборной U-16 есть 50 скаутов».

Я уточняю, случается ли такое, что талантливого футболиста может украсть другая академия – в России это не редкость, об этом, например, рассказывал, директор «Чертаново». Юрий отвечает, что если такое и случается, то проблемы нет: «Здесь идет большущая пропаганда, что мы работаем на благо футбола США. Как тренер я даже подписываю бумагу, что если в моей детской команде есть талантливый парень, я не буду держать его у себя, а обязательно позвоню в академию и попрошу взять его на просмотр, чтобы дать шанс. Такая система: если у тебя лучшая академия, то туда стремятся люди. Если не стремятся, то сделай лучшую».

***

Юрий не знает, сколько в сумме вложил в карьеру сына, но говорит, что плата за детские тренировки – одна из самых больших проблем футбола в Штатах. «Пока ты не попал в МЛС-академию, приходится платить. Если дворовая команда, то там 50 долларов за сезон. Но в клубе в год выходит около 2,5 тысяч. Я частично тренировал Филиппа, поэтому были скидки. Но к этой сумме надо еще прибавить отели в поездках. Федерация много лет пытается изменить систему, потому что существуют дети из бедных семей, которые не могут платить такие деньги. Хорошо, что работают фонды, куда можно подать на финансовую помощь, и за тебя заплатят».

Фонд – резерв, в которых богатые родители платят дополнительные деньги за спортивное обучение, чтобы в дальнейшем их распределили в пользу бедных. Такое происходит не только в футболе, но и в обычном образовании.

Филипп ходит в лучшую школу Вашингтона, Sidwell Friends, которую посещали дети президентов-демократов – Обамы, Клинтона и многих сенаторов. Обучение в ней стоит около 40 тысяч долларов в год, но оговаривается, что эту сумму берут не с каждого: «У школы тоже есть большой фонд помощи. Не так, что в нее ходят только богатые. Если ты одаренный ученик, а родители не в состоянии платить, то получаешь грант. Тебя обязательно возьмут, и за тебя заплатят. Они даже стараются смешивать людей: с богатыми корнями и тех, кто не может платить. В школе 30% тех, кто не может платить за все или за часть».

Школа считается топовой из-за глубокой истории и качества образования – ее даже называют «Гарвард Вашингтона». Но активнее всего отец Филиппа рассказывает про well-rounded обучение: «Мне нравится, что в школе стараются, чтобы дети стали в первую очередь людьми. Каждую неделю им приводят много интересных личностей: поэтов, артистов или вообще весь класс ведут в театр. Раз в неделю у них есть 30-минутная сессия, где они сидят и медитируют. Идея в том, что в этот момент они должны думать о своей жизни».

Прямо сейчас в этой школе учится младшая дочь Барака Обамы – 17-летняя Саша. «Раньше училась и ее сестра, но она уже поступила в университет. Поэтому сейчас только одна: она в 12 классе, а я – в 10-м. С 9 по 12 класс ученики находятся в одном здании, поэтому часто вижу ее на перемене или обеде. У нас нет общих друзей, поэтому коротко общался всего пару раз», – говорит полузащитник D.C., который учится в этой школе с седьмого класса и застал время, когда Обама еще был президентом. «В тот момент вокруг ходило много охраны, приставленной к дочери. Вроде старались в глаза не попадаться, но иногда становилось не по себе, – вспоминает он. – Сейчас охраны гораздо меньше – никакой президентской, только секьюрити от школы. Просто смотрят, чтобы все было аккуратно».

Несмотря на статус, Саша Обама ничем не отличается от обычных подростков. «У нас считается, что богатые не должны привлекать к себе внимание, – объясняет Филипп. Они одеваются так же, как и все. Формы нет, поэтому в джинсах и рубашках, чтобы не выделяться. Бренды самые обычные, джинсы за 30 долларов. Телефонами никто не хвалится. Да, есть те, кто сразу покупает новую модель, но никому просто так не показывают. Стараются молчать об этом. Мы общаемся на равных. Нет тех, кто считает, что он лучше других».

Слова сына подтверждает Юрий: «Здесь нет такого, что если ты в отличной школе, то на Луну полетишь. Все очень приземленные. Богатый ты или нет – права и отношение совершенно одинаковые».

***

Филипп знает, для чего учится в топовой школе: «Чтобы в жизни было все хорошо, если не получится с футболом». При этом он верит, что с футболом как раз получится. «Моя цель – стать одним из лучших игроков мира. Хотелось бы попасть на высокий уровень сразу после школы. Это моя мечта, я буду стремиться к ней», – заявляет 15-летний футболист.

За разговор он несколько раз повторил о желании в будущем уехать в Европу: «Там самый сильный профессиональный футбол. Карьеру лучше начать там. Поэтому как я сделаю: в следующем году заранее попробую поступить в один из лучших университетов мира, откуда есть шанс попасть в МЛС. Потом еще год у меня останется в обычной школе. В этот год буду искать варианты в Европе. Если получу в топ-6, могу пропустить университет или подождать. Если не получится, пойду в университет, чтобы попасть в МЛС или Европу чуть позже».

Если не очень поняли этот момент, то вот объяснение: после окончания школы и академии (обычно это 18-19 лет) футболист может заключить профессиональный контракт с командой из Европы или МЛС. Другой путь – пойти в университет. Там не платят за футбол, а само обучение стоит много, но если ты футболист, то учишься бесплатно или за копейки за счет грантов.

Университетские команды образуют лигу. В конце каждого сезона 70 лучших игроков лиги выбираются на драфте клубами из МЛС. То есть реально подписать контракт с командой прямо из университета. Причем право первоочередного подписания получит клуб, из чьей академии выпустился футболист. В случае Филиппа это D.C. United. Правда, в идеальном правиле есть нюанс: если тебя не выбрали на драфте, больше ты не сможешь играть за университет. Из-за этого некоторые студенты отказываются от драфта в первые пару лет.

Audi Field, стадион D.C. United

У младшего Богданова есть русский паспорт. Я спрашиваю, готов ли он играть за клуб РПЛ. Ответ: «Наверное, лучше приезжать, когда уже можешь играть в стартовом составе. Пока имеет смысл набраться опыта в Португалии, Испании, Голландии или Германии, как делает новое талантливое поколение американских футболистов. Потом уже в России». Отец считает так же: «В Россию хорошо приезжать, когда можешь попасть в основной состав. А приезжать и играть в ФНЛ – насколько я читаю на Sports.ru, там много перелетов, северный климат, условия. Это не способствует развитию. Пока цель – получить контракт в Европе в 18 лет».

При этом Филипп не против играть за сборную России, хотя уже вызывался в тренировочный лагерь юношей из США: «Туда пригласили ребят со всей страны. Мы играли, тренировались. На самом деле у них очень сильные молодые команды. 2002 год недавно ездил на турнир, где обыграл Бразилию и русских на год старше, а с Англией сыграл вничью». Юрий тоже не возражает против выбора сына в плане сборной: «Мы по натуре русские люди. Он хорошо говорит по-русски, мы прививаем русскую культуру, у него русские родственники, два раза в год ездим в Россию».

На сбор юношеской команды в Черногорию Филипп попал по видео. Богдановы отправили кадры матчей с турниров в Европе и США в РФС, там ими заинтересовались. После этого в Америку даже звонили тренер команды U-16 и администратор. В феврале Филипп увидел свою фамилию в списке и после этого даже пересекся с Александром Овечкиным. Встреча состоялась через общих друзей из русскоязычного коммьюнити, Ови пригласил парня на тренировку и попросил дать несколько уроков футбола по возвращении из сборной.

– А кем ты сам себя ощущаешь? – спрашиваю я Филиппа.

– Не могу ответить. И про Россию, и про США у меня есть хорошие мысли. Наверное, когда думаю о футболе, то я американец. Когда о жизни – то русский.

Подписывайтесь на телеграм-канал Головина

Фото: личный архив Филиппа Богданова (1-8,10,14); twitter.com/DCUyouth; instagram.com/sidwellfriends; REUTERS/Callie Shell/Obama Transition Office; Gettyimages.ru/Patrick McDermott

Автор