Мусаев – самый гибкий тренер «Краснодара». Он делает атаку разнообразной и подстраивается под соперников

И классно говорит об игре. 

«Краснодар» давно стал самой стильной командой России, играя во владение и короткий пас через центр и не отходя от своих принципов даже в матчах с питерским и московскими топами. С Мусаевым они не просто остались самой владеющей командой России (показывая рекордные цифры по этому показателю), но и эволюционировали: тренер далеко не так догматичен, как Кононов и Шалимов.

Когда Мусаев работал в дубле «Краснодара», он давал отличные послематчевые интервью клубному ютуб-каналу: максимум объяснений по игре, минимум воды. В качестве главного тренера основы у Мусаева еще не было большого разговора только про футбол, но даже пары интервью хватило, чтобы понять, какую игру он хочет видеть.

«Краснодар» всегда нацелен на атакующий, комбинационный футбол. Как эта философия будет реализована, зависит от тренера: раньше упор был на контроль мяча и атаки через центр, сейчас мы хотим разнообразия. Нужно активнее задействовать фланги, быстрее переходить из обороны в атаку, агрессивнее играть без мяча, завершать атаки не только через короткий, но и через длинный пас», – говорил Мусаев в прошлом мае.

В декабре я объяснял, почему игра «Краснодара» в этом сезоне полностью соответствует тем словам Мусаева. Матчи против «Байера» – новое доказательство гибкости тренера.

Перед первой игрой у Мусаева не спрашивали о том, в каком стиле будет играть «Краснодар» (хотя этот вопрос напрашивался), зато тренер рассказал, как Каборе, Перейра и Ольссон будут располагаться в середине поля (тут многое было понятно по последним контрольным матчам, но тренерское подтверждение теории всего за день до игры все равно нетипично), и объяснил, в каких фазах игры «Краснодару» нельзя ошибаться: «Байер» использует высокий и средний прессинг. Они очень агрессивны при потере и при вводе мяча от ворот соперника. Очень важно мало ошибаться в средней части поля и у своих ворот: это должна быть качественная и надежная работа с мячом».

InStat насчитал у «Краснодара» 17 потерь на своей половине в домашнем матче и вообще 30 – в гостевом (в среднем в играх РПЛ – 14), но на своей трети поля команда Мусаева теряла мяч только 5 раз (2 – Каборе, по 1 – Спайич, Классон и Перейра), большинство случались после навесов «Байера» и выносов защитников. Действительно очень опасной стала лишь потеря Спайича – это был один из редких эпизодов, когда «Краснодар» пытался выйти из-под прессинга через короткий пас.

Мусаев был прав: в обоих матчах «Байер» встречал соперника очень высоко, не давая разыгрывать мяч даже при ударах от ворот.

Доля длинных передач и у Крицюка, и у Сафонова – 63,6% (по 21 из 31), в этом сезоне чаще вратари «Краснодара» отдавали лонгболлы только в матчах с «Ростовом» (Синицын, 68,1%), ЦСКА (Синицын, 80,7%) и «Севильей» (Крицюк, 84,3%).

Сафонов пока не кажется подходящим вратарем для команды, обычно разыгрывающей мяч от вратаря, но в ответной игре с «Байером» его осторожность была очень уместна: в одном эпизоде Матвей даже не пытался убрать мяч под левую ногу, а просто выбил мяч с правой в аут.

Хотя и у него были удачные выносы, которые разбивали прессинг «Байера» и давали численное преимущество «Краснодару» в середине поля.

Доля длинных передач «Краснодара» в Лиге Европы немного выше, чем в РПЛ (13,3% против 12,8%), но в матчах с «Байером» этот показатель серьезно превышал норму: в домашней игре – 20,4%, в гостевой – 16,6%. Это первый и третий результат для «Краснодара» в сезоне.

После первого матча Мусаев объяснил разницу в игре «Краснодара» против «Байера» с тем, что мы видим обычно (хоть в этом сезоне и количество забросов за спины защитникам в целом серьезно увеличилось): «С «Байером» мы хотели играть более вертикально. Если отрезать группу игроков, участвующих в агрессивном прессинге, возникают свободные зоны. Плюс у них очень высоко играют защитники: фланговые поднимаются, их поджимают центральные, чтобы забирать подборы. Поэтому есть зоны. К сожалению, мы не смогли этим воспользоваться в полной мере».

Разочарование Мусаева понятно: по сути, единственный вертикальный пас, который привел к опасному моменту (удар Ольссона), пришел после углового «Байера», а не с игры. В других ситуациях «Краснодар» делал забросы из более высоких позиций, уже либо преодолевая давление «Байера», либо ведя простую позиционную атаку.  Это тоже было не слишком эффективно: или Та оттирал от мяча Игнатьева, или Градецки успевал выйти за пределы штрафной и выбить мяч (причем на такие передачи чаще открывались Вандерсон и Классон).

В ответной игре Мусаев сделал другой акцент: «Краснодар» использовал высокую позицию Венделла слева при атаках «Байера» или его выдвижения к центральному кругу на игрока с мячом (чаще всего – Петрова или Перейры).

В таких условиях Вандерсон получал много свободы – бразилец сделал 5 острых передач (больше всех у гостей), одна из которых точно должна была стать голевой (на Классона после прекрасной контратаки, начавшейся с перехвата самого шведа).

Карта острых передач «Краснодара» в ответном матче. 

Перед ответной игрой Мусаев уже говорил о стиле: «Мне нравится, что у «Байера» есть философия, в которую он верит и ни под кого не подстраивается. Мы стараемся действовать так же. Возможно, оборонительный план нас бы более обезопасил, но наш путь: открытый футбол, игра в атаку. В первом матче мы владели мячом меньше, чем обычно, оборонялись больше, но так нас заставил действовать соперник».

Кажется, тут Мусаев немного хитрил: «Байер» занимает 3-е место в бундеслиге по владению (54,2%), а после прихода Петера Боса леверкузенцы вообще в пяти матчах из семи контролировали мяч не меньше 64% (против «Вольфсбурга – 54%, против «Баварии» – 48%). С таким соперником (да еще и после двухмесячной паузы) «Краснодару» было очень тяжело совсем не отходить от своего стиля.

Наверняка это решение далось Мусаеву непросто: за последние три сезона у «Краснодара» было всего 15 матчей, в которых он проиграл по владению, при этом в двух из них краснодарцы играли в меньшинстве, а в четырех (включая один – с удалением) – совсем немного проиграли соперникам.

При этом в обороне «Краснодар» обычно был хорош. В обоих матчах «Байер» чаще пасовал в штрафную (32 и 28 пасов против 19 и 21), но важны зоны, в которые отдавались точные передачи: в первой игре недорабатывала опорная зона (тут скорее вина Перейры), плюс Вайзер (и – иногда – Бельараби) отдавал проникающие передачи к лицевой, а в ответном матче «Байер» вообще сделал только один точный пас к линии штрафной для резкого удара.

В результате «Байер» нанес 15 ударов из штрафной за два матча, «Краснодар» – 13. Очень неприятно было лишь по ходу двух отрезков: с 46-й по 70-ю минуту первой игры (7:3 по ударам в пользу немцев) и в самом конце ответного матча (могло быть хуже – если бы Бэйли забил сразу после гола Шапи). В Леверкузене «Краснодар» реально был хорош в своей штрафной: например, Аларио сделал лишь 4 касания внутри нее за матч (1 из них – пас на фланг).

«Краснодар» провел две игры без мяча, но он не был труслив. Перед первым матчем Мусаев рассказал, что у команды будет один чистый опорник: «Ольссон схож по позиции с Газинским. Каборе будет играть опорного, а Перейра и Ольссон – двух инсайдов. По развитию атаки они будут располагаться максимально высоко».

Тренер не обманул – все так и было, причем в обоих матчах:

При обороне Перейра садился к Каборе, а Ольссон чаще играл по Арангису (но вряд ли это было персональным заданием для Кристоффера – тем более в качестве ключевых игроков для розыгрыша Мусаев выделял Хавертца и Брандта).

В первой игре это немного удивило – в Швеции Ольссон как раз действовал ниже, а Перейра опускался в опорную зону только при дисквалификациях и травмах Газинского и Каборе. В Леверкузене это уже поразило: Газинский отбыл дисквалификацию и мог играть, но Мусаев все равно оставил более атакующий вариант (очень жаль, что о причинах такого выбора у тренера не спросили после матча).

Понравилась и оценка дебюта Ольссона Мусаевым: «Мне кажется, в начале он немного потерялся, но потом были отличные решения. Мог забивать. Он нам очень подходит по своему стилю, будет адаптироваться и прибавлять». Очень взвешенный комментарий: в первые 20 минут краснодарского матча Ольссон действительно был плох (всего 63% точных передач, в оставшиеся 50 минут – 82%) и запорол несколько качественных выходов «Краснодара» к центральному кругу.

«Мы не испытывали большого уважения к такому именитому сопернику, мы были смелыми. Есть удовлетворение от того, что было на поле», – сказал Мусаев после игры в Краснодаре. Эти слова относятся не только к игрокам, но и к самому тренеру.

В первом матче Мусаев:

1) Заменил Ольссона на Шапи, перевел Вандерсона налево, а Классона – в центр,

2) Заменил Перейру на Голубева – без изменений формации, но с акцентом на оборону.

Во второй игре Мусаев:

1) Заменил Ольссона на Газинского, перевел Перейру на позицию десятки,

2) Заменил Игнатьева на Шапи, отправил Вандерсона в атаку,

3) Заменил Классона на Стоцкого, чтобы закрыть фланг Вайзера и Бэйли.

Смена позиций игроками говорит не только об их универсальности (хотя очевидно, что на этом уровне Перейре комфортнее действовать ближе к атаке), но и о смелости тренера – даже простое поднятие Перейры ближе к атаке и выход Газинского в опорную зону в таком матче могло привести к неприятностям, но Мусаев ничего не боялся.

«Краснодар» второй раз в истории вышел в 1/8 Лиги Европы, но победа над «Байером» – больше, чем просто проход в новый раунд плей-офф.

Мусаев уже самый гибкий в истории «Краснодара». Даже если он сам говорит о том, что таким его просто вынуждают быть соперники. 

Мой телеграм-канал/твиттер

Использованы данные Opta и InStat.

Фото: РИА Новости/Григорий Сысоев, Виталий Тимкив; vk.com/fckrasnodar

Автор