Как я съездил в вашу Францию

О школе

Цель заключалась в финальном проекте, в суть которого я не вникал непосредственно до первого дня работы. Оказалось (!), что проект по лазертагу. Зимняя школа называется «Collective behaviours and sport performance analysis», поэтому я ждал чего-то футбольного. Но нет.

Суть проекта в том, чтобы сначала поиграть в лазертаг (с датчиками на каждом игроке, дающими следующее: heart rate, location, acceleration – а также с психологическими опросами после игры), а потом изучить эту игру и полученные данные. Было три сценария: в каждом игра сначала длилась по 6 минут (каждый сам за себя в темном лабиринте с неоновым освещением – двадцать человек!), а потом звучала сирена. После неё все должны были «эвакуироваться», но условия эвакуации отличались. В первом случае мы знали, где находится дверь из лабиринта. Во втором случае мы ничего про дверь не знали. В третьем нам сказали, что дверь там же, где и в первый раз, но это оказалось обманом, и пришлось искать другую дверь. Ещё одна сложность заключалась в том, что некоторым – не всем – дали партнера, без которого покинуть лабиринт тебе не разрешат.

 

На имеющихся данных надо было организовать исследование и за пять дней дать какой-то результат. Двадцать участников школы разбили на пять групп по четыре человека, и ко второму дню наша группа решила исследовать, какая стратегия выгоднее для пар (индивидуальных игроков не брали) – сначала искать друг друга, а потом дверь вместе, или же искать дверь порознь и затем звать партнера (сложность тут в том, что сирена вопит, как будто ей подсказало сразу три Муратоглу, а все остальные тоже кричат). Успели доделать проект аккурат к концу последнего занятия, представили результаты. Говорил в основном я, идеи ключевые приходили в голову в основном мне, но кодом в R занимался как раз тот парень. Кстати, я горд собой, потому что в R весь мой опыт заключается в нескольких строчках, которые мне сказали написать, но благодаря Питону и базе получилось самому указать студенту по Big Data, где у него ошибка. Так что информатика впервые пригодилась, пусть и в другой школе!:) В итоге нашему проекту дали первое место и вручили по бутылке вина – мелочь, а приятно.

Раз уж начал говорить о других людях, плавно перейду к составу школы.

О людях

Тут два блока – французы и англичане, но сначала маленькое предисловие. Чего я не знал об этой поездке, так это то, что школа устраивается в рамках программы мобильности для университета Руана и университета Шеффилд Холлэм, так что я был единственным не оттуда. Все персонажи оттуда уже окончили бакалавриат, а самому младшему, не считая меня, было 22 года. Here we go.

Из Шеффилда приехало пять студентов и три учителя. Я жил в одном отеле с ними – у французов был либо кампус, либо дом – David, James, Josh, Alasdair (как ни напиши имя на русском, будет плохо), Gokul, из учителей Martyn, Jon, Joe. О каждом по чуть-чуть.

Дэвид – 25, пока не знает наверняка, чем будет заниматься (но как я – с областью уже определился, остались детали). Три года прожил в Ливерпуле и болеет за сами поняли кого, сейчас на первом курсе магистратуры (все они со Sports Science). Главный шутник этой компании из пятерых людей (которые в Шеффилде едва ли являются друзьями для каждого из остальных), родился в Уэльсе (характерные oi-oi! и акцент прилагаются), вполне типичная британская внешность. Имеет золотой аккаунт в тиндере, на что я скептически поднял брови, но, видимо, ему ок.

Джеймс – 23, жутко похож на Джесси Лингарда, но с бородкой, как у Криса Смоллинга (сам при этом болеет за «Арсенал», так как родился в Лондоне). С ним я общался меньше всего – он много времени проводил в телефоне из-за проблем с девушкой по ту сторону Ла-Манша – но мне показалось, что остальным ребятам я понравился больше. Ну да ладно. Джеймс имеет тренерскую лицензию В, никого не тренирует. Немного поговорили об игре, тактических предпочтениях и расовой дискриминации тренеров в английском футболе. Интересный вполне, думаю, можем увидеть at least в Чемпионшипе через несколько лет. James Oyesola. Посмотрим.

Джош – 25, аналитик, вегетарианец, здоровяк, Кеннеди (фамилия такая). Работал в двух клубах Чемпионшипа, делал видеоанализ, отчёты по сопернику. С неплохой тактической и аналитической базой. Не очень хорошо работает с данными, на мой взгляд (проект на диплом какой-то ну очень очевидный – насчёт обратной корреляции входов в финальную треть и штрафную с победителем), но who am I to say this. Дальше пойдёт больше в сферу биомеханики и физиологии, удачи ему. 90% его шуток про секс, если не больше (хотя это распространённая черта, видимо, британцев – но ближайший преследователь Дэйв имеет показатель где-то в 50-60%, так что да, у него однозначное лидерство), имеет забавный смех и смеётся почти надо всем, но по чуть-чуть. Тоже решал проблемы с девушкой, но решил к середине поездки.

Alasdair (не посмею коверкать имя переводом, красивое же; это шотландская версия Александра) – самый интересный из остальных, самый уравновешенный. Потому, что ему 37. Три ребёнка, жена – бывший топ-1 в мире по какому-то аналогу Симс на телефоне (сколько их вообще, тысячи же!), аккуратная борода (кстати, у всех них были бороды/бородки, но тут самая стильная J), Ph.D. по английской литературе. Устоявшаяся, но современная система ценностей, против Брексита. Несмотря на то, что единственный из англичан не интересуется футболом (второе высшее для того, чтобы быть тренером по бегу), вечерами за пивом в основном я разговаривал с ним. О жизни, о литературе, о ситуации в Англии, о путешествиях, о семье. В целом, было очень приятно с ним общаться.

Gokul – hilarious, mate! Индус, 24, вроде бы аналитик, но умеет только кодить в определённых программах, в футболе разбирается не особо. Акцент ооочень мешает его понимать – при первом общении и знакомстве трижды просил повторить фразу «Good luck in the future!», хотя со временем я научился (и английские ребята тоже. И даже французы!!!). В первый же вечер в ресторане literally учился есть ножом и вилкой, потому что никогда так не ел! Азия – поистине просто другой мир. Постоянный объект шуток, которых иногда не понимает. Но лучшая шутка недели все равно уходит ему: когда Джош в лобби отеля предложил сыграть в шахматы (при первом ходе f4 я насторожился, потому что для меня это один из самых неприятных дебютов против белых, но оказалось, что он особо играть не умеет, поэтому я легко выиграл) и я поставил шах конем, Джош мог взять его ферзём, но коня защищал мой слон. Они впятером очень долго думали, что же сделать, и, обсуждая эту возможность, между Джеймсом (J) и нашим героем (G; все его слова читать с сильным индийским акцентом) состоялся следующий диалог:

G: Eat his knight!

J: But he’s gonna lose his queen!

(дисклеймер: в этот день активно форсили тиндер, хотели сделать аккаунт Гокулю, но он сказал «in Sheffield okay»)

G (обращаясь к Джошу): Don’t worry, you’ll find your queen on Tinder!

Пока писал это, трижды улыбнулся. Как он это делает, я не знаю. Если бы у него был Инстаграм, he’d gone viral. Короче, очень жаль, что в шоу Трумана был Труман. Нашу жизнь с ним там реально можно было записывать на камеру и смотреть как полноценную комедию или ситком.

В целом я чувствовал себя комфортно в компании британских ребят (ну как ребят), но юмор у них слишком прямой и в нем слишком много секса. Зато каждый вечер отлично сидели под пиво и разговаривали.

Jon Wheat – организатор со стороны английского университета (летом будет такое же мероприятие в Шеффилде), очень похож на Клоппа (lads не согласны, но ¯_(ツ)_/¯). Уравновешенный и спокойный, с идеальным, чистым английским. Оплатил всем своим и мне пиво в первый вечер, неплохо поговорили в последний вечер (где-то на шестом моем бокале), сказал написать ему, чтобы пригласил в мае. Фан «Шеффилд Уэнсдей», аккуратно – как и положено – обходится с данными и всегда напоминает их проверять.

Joe (Stone, везде по буковке не хватает) – маленький, выглядит забавно. Почти не общался с ним, акцент так и не понял, какой. Вроде бы больше про регби, чем про футбол.

 

Martyn – самый типичный по внешнему виду британец из всех. По акценту подумал, что родился рядом с Ливерпулем, но быстро понял, что я не попал, потому что я мог понимать аж половину его северного английского, а не 25% (оказалось, что из Дерби). Тренер по регби, профиль – биомеханика. «Хороший мужик», сказали бы в России. He’s alright.

 

Из французов особо выделить можно разве что ребят из моей команды. Так как из 20 участников пять учились на Big Data, их выбрали капитанами, а парням из Шеффилда сказали быть в разных командах. Естественно, мне в команду попался индус! А ещё у нас не было ни одного человека с курса Sports Psychology. Возможно, это было даже в плюс, потому что все остальные использовали данные тестов и анализировали поведение, а мы выбрали вариант без психологии и выиграли:)

Со мной в команде были Жюль и Жереми, которые сначала дико горели с Гокуля, потому что он тормозил, спрашивал левые вопросы, а главное – непонятно говорил. Зато к концу они сдружились, начали работать вместе и смеяться над чем-то. Жюль – программист со слегка подбешивающим смехом, Жереми изучает баскетбол, но оба играют неплохо в футбол, как я узнал в последний вечер (ноги от игры до сих пор болят. Или от семи стаканов пива и интенсивной дороги домой после). Остальные занимаются даже гандболом или волейболом, но в приоритете все равно футбол. Все, как на подбор, говорят с сильным французским акцентом и, наверное, похуже меня (так сказал Джон, но лично я своим английским недоволен).

Самый интересный для меня француз – Себастьен. На третий день случайно на лекции заглянул в его планшет, понял, что это твиттер, и увидел там кучу знакомых аккаунтов аналитиков. Оказывается, на него подписано несколько очень классных твиттер-блогеров (на которых я подписан) по этой теме и они его знают, а я когда-то даже читал его твиты в треде у кого-то из аналитиков. Себастьен – тренер молодежной команды из Руана и ассистент главного в этой же команде, и он считает почти все аналитические tools бесполезными, потому что футбольного смысла, какой-то рекомендации в них нет. Эту точку зрения я слышал и раньше, но впервые аргументы были достаточно сильными, чтобы задуматься. Мы разговаривали раз 30, каждый раз хотя бы минут по 10, и мне очень интересно было слушать про тренерство, методы, его взгляды, etc. Пожалуй, в плане микса performance analysis и тактического понимания игры, если угодно, только его и, возможно, Джеймса я бы назвал людьми, которые были сильнее меня в зимней школе.

О разном

Я всю неделю не слышал русского и не говорил на русском, за исключением попытки научить людей русским словам. Нет, не тем.

Как город Руан безумно красивый. Я не знал о нем ничего, кроме того, что там сожгли какую-то Жанну. Там несколько красивейших церквей и соборов, старые дома и улицы, а чуть ли не треть города состоит из будто игрушечных домиков. Просто потрясающе. Жаль, что времени на осмотр было критически мало, потому что даже просто бесцельно гулять там очень и очень приятно.

Расписание распределялось на весь день, но половина лекций была максимально по моей теме, и я на пару с Себастьеном активничал больше всего. Перед нами выступали люди из статистических закрытых компаний и рассказывали о различных фичах, и это было здорово. Остальные лекции были не такими интересными, потому что относились к нашим проектам и в основном были по психологии (а наш проект в этом не нуждался), плюс тезисы были довольно спорными. В целом лекциями я доволен очень, потому что благодаря активности я примерно час разговаривал с лектором из SHU (Keith Davids) и всерьёз задумался: а не поступать ли на Sports Science именно туда? Он пообещал в таком случае как минимум рекомендацию и заверил меня, что Шеффилд (ну, университет) будет рад и что туда мне дорога открыта. Well, that’s good.

Кажется, когда я буду жить где угодно, кроме России, моя «ё» в имени потеряет пару точек. Даже французам легче говорить имя с «е», а они были моим последним оплотом.

Так вот, про русский язык я вспомнил, потому что как будто очнулся от русской речи, когда пересаживался в Минске – настолько непривычно было ее слышать. А в самолёте в Москву, не успели мы тронуться, сразу стал свидетелем первого за неделю конфликта и перебранки, эх. Досадно, что так происходит почти каждый раз.

Ел я в Руане трижды в день, кроме четверга, причём довольно плотно. Оказывается, вот что происходит, когда ты что-то делаешь. Но британцы просто убийцы: мы были голодными, решили взять пиццу, нашли Пицца Хат и взяли на вынос. Там я невероятно удивился, что все брали себе по одной большой пицце. Я взял себе среднюю и съел два куска, после чего она так и лежала в моем номере. Вино тут, естественно, отличное и дешевое, а из пива даже есть Морт Сюбит (лучше, чем в барах) в бутылке с 750 мл по цене самого обычного лагера в тех же барах. За столько же идут и отличные вина, которые я каким-то непонятным образом запихнул в рюкзак домой (четыре бутылки! – а ведь он едва закрывался на пути туда), так что в следующий раз надо ехать с чемоданом.

Забавно, что английский у меня теперь с английским акцентом идёт. Особенно если я разговариваю с людьми, которые говорят хуже меня (все французские студенты:)).

 

А, ну и в последнюю ночь все собрались в баре (из лекторов были только английские, французов особо запоминающихся не было, поэтому я и не говорил ничего о них), где я осознал, что мой поезд в Париж через 4 часа, но это не помешало замечательно провести время. И не помешало пропустить три будильника и проснуться на четвёртый, который я зачем-то (но прекрасно понятно, почему) поставил на время отправления поезда. Поймав следующий поезд только через час, понял, что пересаживаться на метро будет плохой идеей, поэтому пришлось взять такси (зато скинул всю мелочь, которая шла бонусом, если успеет. Успел) аж за 50 евро, но кончилось все благополучно.

В общем, я очень и очень рад, что съездил, потому что это отличный опыт и подтверждение того, что я действительно иду в том направлении, в котором хочу. Спасибо Вышке за эту возможность!

Автор