«Если я чего-то хочу, я иду за этим. До последнего». Диего Симеоне рассказал, как хотел бороться с величайшими

 Мой младший сын Джулиано обмакнул круассан в молоко, откусил кусочек и посмотрел на меня:

«Но папа, если ты преуспеешь, ты не вернешься».

Я хорошо помню тот день. Этот день подарил телефонный звонок, который изменил все. Звонили из мадридского «Атлетико», сказали, что хотят поговорить со мной о назначении на пост главного тренера клуба. 

В то время я был в Мар-дель-Плата, пляжном городке в Аргентине, выбрались на пару дней с Джулиано. Ему было всего восемь лет, и мы сидели в баре с круассанами и кофе, когда я сказал ему:

«Слушай, у меня появился шанс отправиться в мадридский «Атлетико», и я не знаю что делать».

Джулиано подумал об этом.

«Ты хочешь тренировать Фалькао? Ты хочешь играть против Месси? Против Роналду?»

Парень говорил мне все это. И я бы сказал, да. А между тем, окунув круассан в молоко, он сказал эти слова: «Папа, если ты преуспеешь, ты не вернешься». Конечно, у этого есть две стороны. С одной – удача, потому что я хочу этого. Но с другой стороны, это неудача, потому что я не увижу, как растут мои дети.

Мне было 27 или 28 лет, когда я действительно решил, что стану менеджером. Я возвращался домой с тренировки –  играя тогда за «Лацио» – хватал папку и притворялся, что провожу тренировку.

***

Вы знаете, как дети представляют вещи, когда они играют в свои игры? Я поступал так же, играя в менеджера. Я использовал свою команду и воображал себя участником тренировок, представлял себе следующий матч и планировал все, что мне было нужно. К концу дня я зарывался в листы бумаги, каждый из которых покрывал рисунками или заметками. Мне нравилось все записывать.

Все эти вещи вызывали во мне энтузиазм.

Как тренер, самая большая страсть, которая у тебя может быть – улучшение игроков. Конечно, стать чемпионом – это то, чего мы все хотим, но я думаю, что главное достижение для менеджера – увидеть таких игроков, как Коке, Лукас Эрнандес, Анхель Корреа  – ребят, которые прошли весь путь из подвалов, став профессионалами экстра класса.

Когда пришло время перестать играть и стать менеджером, я вернулся домой в Аргентину, где закончилкарьеру в «Расинге». В первый раз, когда мне предложили работу менеджера, я понял, что должен сказать «нет». Второй раз? Так же. В третий сказал  просто: «Да». 

Команда была в очень плохом состоянии, я это знал. Но я знал ребят, мы были не просто менеджером и персоналом, они были моими товарищами.

***

Сидеть на скамейке в первый раз  – самое сложное в жизни каждого менеджер. Со временем это проходит, становится легче. Мы проиграли первые три игры, не забили даже один чертов гол.

В «Расинге» очень нервничали. Проблем было довольно много и нужно было решить их в кратчайшие сроки, но их преодоление придавало нам силы, укрепив веру в то, что мы на правильном пути.

Наличие цели добавляет мне упрямства. Если я чего-то хочу, я иду за этим – и я иду за этим до последнего, буквально до тошноты.

Именно это вернуло меня в «Атлетико».

Когда я покинул клуб в 2005 году, я был игроком, который не принимал большого участия в жизни команды.

Мы работаем всю жизнь на имя, становимся старше, и оно уже влияет на мнение журналистов, поклонников и всех, кто знает твою жизненную ситуацию. Поэтому, когда я покинул Мадрид, то начал готовиться к возвращению. Хотел жить этой командой.

Я знал, что закончу игровую карьеру в Аргентине, и что начну там тренировать. Но, так или иначе, я также знал, что появится возможность вернуться в «Атлетико Мадрид» в трудное время для команды, поэтому я готовился к этому.

Когда это случилось, я не особо задумывался над тем, что скажу на первой встрече с игроками. Я никогда не был тем, кто очень подробно готовит речи – я стараюсь быть спонтанным, эмоциональным, говорить то, что я чувствую в этот момент.

Я знал, что у меня есть преимущество. Пять с половиной лет я был здесь игроком. Я знал, что сотрудники, президент, трибуны «Висенте Кальдерона», люди, которые  на них сидят… знания обо всем этом дали мне возможность наметить путь прямо к тому, чего все они хотели.

Люди, связанные с «Атлетико» всегда желали конкурентоспособной команды. Команда, которая будет сильна в обороне. Команда, которая сыграет на контратаках и станет помехой для сверхмощных клубов.

Именно такая команда была моей целью.

***

Когда я приехал «Атлетико» прозябал на десятой строчке в Ла Лиге и вылетел из Копа дель Рей. Но я верил, что мои игроки могут дать фанатам то, что им нужно. Между футболистами и болельщиками очень сильная связь. И так, как всегда происходит в этом спорте, фанаты поглощены этой страстью. Ведь это футбол.

Настоящая отправная точка наступила через пять месяцев после моего приезда. Победа в Лиге Европы стал началом нового важного цикла. Цикла, который означал, что мы были преданы друг другу до конца. Без сомнения, Лига Европы явилась началом для этой команды – команды, которая с самого начала знала, чего она хочет.

Бороться с величайшими.

***

Выиграть в Испании, конкурируя с «Реалом» и «Барселоной», практически невозможно. В течение этого десятилетия эти две команды были и являются огромной силой, а какие у них составы!

Но благодаря усердной работе, преемственности и настойчивости, а также отличным игрокам (без них мы бы ничего не добились), мы сделали почти невозможное. Невозможное стало возможным.

Как? День за днем мы продолжали верить в нашу идею. И в мой второй полный сезон в качестве менеджера мы получили шанс. Мы видели, что «Реал Мадрид» выбыл из борьбы за титул. Таким образом, у нас оставался единственный соперник – «Барселона».

В последний день сезона мы отправились на «Камп Ноу», где нужно было заработать хотя бы одно очко, чтобы взять титул. Нужно было навязать свою игру на их поле.

Нужно было сотворить что-то, что-то почти невозможное.

***

После финального свистка, вместе с Германом Бургосом, моим помощником, я просто засмеялся. Мы знали, что можем выиграть титул, но когда это подтвердилось, первое, что я почувствовал, была радость. А что после? Трудно объяснить это словами. Это целая смесь разных чувств и эмоций.

Этот сезон наверняка войдет в историю испанского футбола.

Но в футболе невозможно по-настоящему остановиться, подумать, посидеть, рассуждая и наслаждаясь моментом, потому что пока вы спите, кто-то продолжает работать. Иногда мы задаемся вопросом, возможно ли, учитывая различные часовые пояса, работать 24 часа в сутки: один работает здесь, а другой там, чтобы никто не спал.

Футбол – жесткий рынок.

У нас нет вариантов тратить 150 или 200 миллионов евро на игрока. Таким образом, мы должны стараться быть креативными, помня о том, что нам требуется для улучшения команды. Год за годом мы прибавляем в этом.

Это означает, что мы должны много работать и не допускать ошибок. Звучит так, будто все это очень утомительно? На самом деле так и есть. Когда я молюсь, единственное о чем я прошу, это дать мне сил. Я прошу сил, чтобы оставаться спокойным и справляться со своими мыслями. 

Вы можете увидеть что я не изменил себе со временем: я остался тем же игроком, только на скамейке. Чемпионаты Италии и Испании повлияли на мой стиль игры, который многие считают защитным. Но на самом деле игра на поле и управление командой – две абсолютно разные вещи.

Когда вы футболист, помимо знания потребностей команды, вы думаете о себе. Как менеджер, все наоборот. Вы должны увидеть всю картину, обязаны сделать все хорошо, минимизировать влияние соперника на поле и усилить свою игру.

Прежде всего, вы должны быть сильными, потому что в течение сезона вам часто надо произносить правильные слова в нужное время, чтобы игроки следовали за вами.

Чтобы найти эти правильные слова, вы должны быть объективным, и не делить весь мир только на черное и белое. Я много слушаю. Я много спрашиваю. А потом, в конце концов, делаю то, что считаю лучшим для всех.

Это ничем не отличается от того, что я сделал в этом баре в Мар-дель-Плата, когда я сказал Джулиано: «Я не знаю, что делать».

Семь лет спустя я могу сказать, что «Атлетико» – моя жизнь. 13 лет единое целое.

Тринадцать лет истории. Невероятно!

Coaches’ Voice. Diego Simeone: Almost impossible

Фото: Mark Thompson /Allsport; Sergio Cueto; Daniel Mihailescu/AFP/GettyImages

 

Автор